Читал тут ваши интеллигентские разборы: про «лад», про психологию семьи, про «робинзонов» и прочую лирику. Уважаю, конечно, что люди думают, голову ломают… Но скажу прямо, по‑солдатски: если мы хотим не «обсуждать социализм», а строить его — пора завязывать с нежностями. Социализм — это не про то, чтобы каждому в душу заглядывать и спрашивать: «А ты сегодня морально готов норму дать?» Социализм — это про дисциплину, про ответственность, про результат. И про то, что если ты взялся за дело — делай, а не ищи оправданий.
Лев Сорников прав насчёт контроля снизу. Но я добавлю: контроль должен быть не только снизу, но и сверху. И не «мягким», не «поддерживающим», а жёстким. Потому что жизнь — не семинар по психологии. Есть план. Есть сроки. Есть интересы государства и народа. И если какой‑нибудь «волевой рационалист» (как у Фёдора Рякина) начнёт крутить носом и тянуть время, прикрываясь «расчётами», — это не рациональность, это саботаж. А с саботажем разговор короткий.
Фёдор, ты красиво пишешь про «робинзонов». Но в жизни Робинзон — это одиночка. А нам нужна армия. Нам нужен коллектив, который шагает в ногу. Да, личная инициатива важна. Но она должна быть встроена в общую задачу, а не противопоставляться ей. В армии ведь как: есть устав, есть приказ, и есть место для смекалки. Но смекалка нужна, чтобы лучше выполнить приказ, а не чтобы его обойти. Вот и в социалистическом хозяйстве должно быть так же: нормативы — это наш устав. Свобода на местах — это наша смекалка. Но цель одна: выполнить задачу и перевыполнить, если можешь.
Олег Пересветов говорит про «лад» и про совесть. Совесть — дело хорошее. Но на одной совести далеко не уедешь. Нужна система, где совесть подкреплена дисциплиной. В колхозе, о котором речь шла раньше, воровство прекратилось не потому, что у людей вдруг проснулась совесть, а потому, что система стала такой, где воровать стало невыгодно и опасно. Простая арифметика: украл — потерял больше, чем приобрёл. Вот это и есть правильный «лад»: когда интересы человека совпадают с интересами коллектива и государства.
А теперь про психологию. Виолетта Семёнова пишет про семью, про усталость, про то, что человека нельзя перегружать. Согласен: беречь людей надо. Но не до такой степени, чтобы из рабочего делать тепличное растение. В войну люди работали по 12–14 часов, голодали, мёрзли — и делали невозможное. Не потому, что их «поддерживали эмпатией», а потому, что понимали: от их труда зависит судьба Родины. Сегодня, слава богу, не война. Но масштаб задач — не меньше. И если мы хотим восстановить социализм, придётся напрячься. Без надрыва, но и без нытья.
Нормативы должны быть конкретными и требовательными — по объёму, качеству, срокам и безопасности. Никаких расплывчатых формулировок. При этом свобода на местах нужна именно для того, чтобы находить лучшие способы выполнить поставленную задачу, а не для того, чтобы увиливать от неё. Ответственность должна быть реальной: если бригада не справилась, надо разбираться — была ли причина объективной или крылась в разгильдяйстве. И меры принимать соответствующие, без поблажек.
Отбор кадров обязан идти строго по делу. В партийные и советские органы должны попадать не те, кто умеет нравиться, а те, кто способен организовать работу, держать слово и отвечать за результат. Воспитание тоже должно строиться через труд и дисциплину. Макаренко молодец: он не нянчился с воспитанниками, он ставил их в условия, где они учились быть ответственными. Вот и нам нужно не «развивать самооценку», а развивать умение работать и отвечать за свои действия.
Партийные ячейки на предприятиях должны быть не «клубами по интересам» и не «центрами психологической поддержки», а штабами организации труда. Их задача — не выслушивать жалобы, а добиваться выполнения плана, укреплять дисциплину, выявлять слабые места и помогать их устранять. Если в бригаде начались проблемы — парторг должен быть там первым, а не последним.
Кооперативный сектор пусть работает — но как часть общего народнохозяйственного комплекса, в рамках плана и под контролем государства. Кооператив — это не вольница, а звено единой системы. И если он не выполняет своих обязательств, значит, он не кооператив, а шарашкина контора.
И последнее. Никакой «международной солидарности» за счёт внутренних ресурсов. Сначала наведём порядок у себя. Сделаем так, чтобы наш социализм был образцом эффективности, дисциплины и справедливости. Тогда другие сами захотят посмотреть и перенять опыт. А не наоборот.
Так что давайте без лишних слов. Есть задача — берём и делаем. Есть проблема — решаем. Есть враг (хоть внешний, хоть внутренний, в виде разгильдяйства и бюрократии) — бьём. Вот это и будет настоящий социализм. Не в книжках, а в деле.
Виктор Стальнов