Ф. Энгельс верно заметил, что история имела бы довольно мистический характер, если бы участвующие в ней люди не оставляли в ней след своей личности.

Яркий отпечаток на исторических судьбах марксизма оставили многие талантливые люди, начиная с ближайших соратников Маркса и Энгельса, таких как Карл Каутский или Эдуард Бернштейн. Ф. Энгельс даже завещал Каутскому и Бернштейну свой и Маркса архив, а они распорядились им не лучшим образом. Каутский докатился до ренегатства, а Бернштейн стал родоначальником ревизионизма — течения, вполне себе живого и сегодня. В этом нетрудно убедиться, читая многие статьи в альманахе «Москва — город Солнца», который стал вдруг трибуной для всякого рода ретроградов и путаников. И хорошо: историю надо знать, чтобы её вновь не переврали.

Соратник В. И. Ленина по «Союзу борьбы» Ю. Мартов, соратник по «Искре» и по II съезду РСДРП, а также основатель группы «Освобождение труда» Г. В. Плеханов оставили в истории марксизма, в истории России и всего мира глубокий, прочный, но во многом очень недобрый след. Если бы они находились в зале суда, тогда социальный психолог был бы нужен, чтобы помочь вынести справедливый приговор, учитывающий былые заслуги. Но история состоялась, нравственный суд над её творцами недопустим, а их психологические портреты ничего уже не могут изменить: они подшиты к истории, пронумерованы и скреплены, а потому интересны только исследователям и школьникам на уроках.

Новый общественный строй утверждает себя, как известно, только тогда, когда создаёт гораздо более высокую производительность труда, чем та, что была при свергнутом строе. Так что в ходе прямых столкновений не время разбираться в былых заслугах тех личностей, которые встали на пути у Революции. Ведь в политическом плане разницы между теми, кто просто ошибался, и теми, кто сознательно мешал, приводя к тяжелым последствиям, попросту нет.

Л. Д. Троцкий встал как бревно на дороге перед машиной, везущей снаряды на фронт, — бревном на пути рабочего класса в его героическом труде. Рабочий класс СССР доверял Партии и Сталину, доверив им руководство строительством социализма в своей стране и не ожидая, когда за это дело возьмётся пролетариат более развитых государств. Именно поэтому советские трудящиеся не стали слушать призывы Троцкого заняться экспортом революции туда, где она ещё объективно не назрела.

Любая теория, как известно, проверяется практикой. Исторический опыт показал, что в СССР к началу 1950-х годов были созданы все необходимые условия для перехода к социализму. Это главное. И если правящая КПСС в итоге погубила себя, то попытками оправдания Л. Д. Троцкого это не исправишь. Исторические портреты не отменят того колоссального вреда, который был причинён Троцким при жизни и который троцкизм продолжает причинять сегодня.

В сегодняшнем выпуске нашего альманаха помещено несколько отличных статей на эту тему, в том числе материалы из США и Китая. Комсомолец из Нью-Йорка очень своевременно напомнил неумному историку Рякину, что коммунизм строят люди, которым ничто человеческое не чуждо. Коммунизм — это о свободе, а не о запретах. В свою очередь, учёный-марксист из КНР напомнил о том, что диктатура пролетариата только тогда является демократией в её высшей форме, когда она умеет твердо ставить буржуазию на место.

Л. Сорников