Дискуссия о «людях системы» и «людях аврала» на страницах нашего альманаха вышла на фундаментальный уровень. Но если позиции историка Федора Рякина и полковника Стальнова, при всех их стилистических различиях, бьют в одну цель — необходимость жесткой регулярности, то статья социального психолога Елены Головановой транслирует типично интеллигентские, прекраснодушные заблуждения.

Как управленец, я категорически не согласна с попыткой Головановой реабилитировать хаос под видом «психологического комфорта» и «креативности». Ее тезис о том, что гениальные прорывы рождаются в беспорядке, а системность плодит лишь «серых роботов», — это опасный миф. В истории человечества и, в частности, в истории России реальных, осязаемых результатов добивались исключительно люди железной системы, порядка и жесточайшего самоконтроля. И если такие люди наконец придут к власти в нашей стране, Россия совершит тот самый цивилизационный рывок, о котором романтики могут только писать статьи.

Давайте развенчаем это инфантильное представление о творчестве. Голованова рисует нам образ гения — взъерошенного, живущего в бардаке, мыслящего исключительно «о космосе» и не способного починить текущий кран. Но это художественный штамп из плохих сериалов, а не реальность. Подлинное творчество, особенно научное и технологическое — это не экстаз под гитару, это долгий и тяжелый системный труд. Беспорядок на столе и в быту — это признак банальной неорганизованности и бытовой незрелости. Хаос не рождает порядок, он рождает только новый хаос, который в масштабах производства оборачивается браком, авариями и сорванными сроками. Когда Голованова утверждает, что «люди системы» безынициативны, она путает системность с тупостью. Системный человек — это архитектор процесса, который умеет подчинить свои эмоции, время и ресурсы единой цели, и именно такие люди всегда двигали Россию вперед.

Елена Голованова сомневается, что великие русские ученые и стратеги прошли бы «фильтр Стальнова». Что ж, давайте обратимся к историческим фактам и вспомним системных личностей, которые перевернули мир и оставили великое наследие. Вспомним Михаила Васильевича Ломоносова. Нам со школы рисуют образ романтичного юноши, пришедшего с обозом в Москву. Но Ломоносов был человеком жесточайшего системного склада. Он кодифицировал русский язык, создал жесткую систему стихосложения, упорядочил физические и химические исследования в стране, расписал регламенты для Академии наук. Его день был распланирован поминутно, а труды поражают именно структурностью. Без его личной дисциплины и умения втискивать свои титанические идеи в строгие формы никакой русской науки бы не состоялось.

Посмотрим на государственное управление. Михаил Михайлович Сперанский — великий реформатор, который поднялся на самую вершину власти благодаря своему феноменальному, поистине математическому системному уму. Он спал по четыре часа в сутки, вся его жизнь была подчинена строгому графику. Сперанский совершил титанический подвиг — упорядочил и кодифицировал все законы Российской империи, собрав их в сорок пять томов. До него в юридической сфере России царил тот самый «живой хаос» и авось, в котором судьи годами не могли найти нужный указ. Сперанский создал систему.

А как насчет советской эпохи, которую так любят обсуждать наши марксисты? Возьмем Феликса Эдмундовича Дзержинского. Человек-оркестр, который возглавлял ВЧК, ОГПУ, Наркомат путей сообщения и Высший совет народного хозяйства. Дзержинский принял разрушенную Гражданской войной железную дорогу и за несколько лет превратил ее в идеально работающие часы. Он сделал это через железную дисциплину, жесткие графики движения поездов, личную скромность и тотальный учет. Дзержинский был фанатиком порядка в самом лучшем, государственном смысле этого слова, и у него в кабинете и в делах была кристальная чистота.

Наконец, упомянутый Головановой Виктор Михайлович Глушков — создатель проекта ОГАС. Голованова считает, что он не прошел бы проверку Стальнова, но это глубокое заблуждение. Глушков был кибернетиком до мозга костей, а кибернетика — это и есть наука о системном управлении. Вся его жизнь была примером строжайшего самоконтроля, он мыслил алгоритмами, блок-схемами и структурами данных. Проект ОГАС был высшей точкой стремления системного человека упорядочить хаос гигантской страны, исключить из экономики пресловутый «человеческий фактор» и волюнтаризм самодуров. И Глушкова погубил как раз «авральный менталитет» партийных чиновников, которые испугались прозрачности и автоматического контроля.

Товарищ Стальнов абсолютно прав в главном практическом выводе: если мы хотим построить жизнеспособное социалистическое государство, кадровый фильтр должен быть беспощаден к хаотикам. Системный человек у власти — это не «серый робот», это эффективный управленец, который категорически не принимает коррупцию, поскольку она разрушает структуру. Он никогда не действует на эмоциях ради красивого рапорта. Такой руководитель строит школы, заводы и больницы по выверенным технологиям, где крыша не потечет через год. Он уважает человека труда не на словах в лозунгах, а создавая ему безопасное, четко организованное рабочее место, где не нужно совершать ночные подвиги из-за дурости начальства.

Когда в России к власти придут люди системы — люди с логикой Сперанского, дисциплиной Дзержинского и системным видением Глушкова — страна получит колоссальное преимущество. Мы наконец перестанем героически преодолевать последствия собственного бардака. Автоматизация рутины, жесткие кадровые цензы, чистота в быту и на производстве, культура выполнения обязательств — вот что сделает социализм нового века непобедимым. А «творческий беспорядок» давайте оставим тем, кто не умеет доводить начатое до конца. Нам нужно строить будущее, а его строят по чертежам, а не по наитию.