«Тот, кто постоянно ясен, тот просто глуп». Так считал В. Маяковский, убежденный пролетарский поэт и глубокий марксист. Почему глуп? Вспоминаю другого великого поэта-демократа Николая Алексеевича Некрасова, сказавшего о постоянно ясных, что они чужды сомнению в себе — сей пытке творческого духа.

Какой словопад гнева обрушился на бывшего первого секретаря Рязанского обкома КПРФ, профессора тов. Федоткина. Тут к диалектическому материалисту присоединился и сталинист подполковник Стальнов.

У меня нет желания соглашаться с тов. Федоткиным в его размышлениях о Разуме, но при тех зигзагах истории, которые нас донимают после победы рабочего класса в отсталой, варварской России, противопоставившей свой пролетарский Разум разуму правящих в мире капитала, невольно задумаешься об уровне своей диалектичности. Уж слишком нам всё ясно. А не глупы ли мы, вот вопрос!

Товарищ Федоткин сомневается в том, что мы уже всё поняли, и он прав: события второй половины ХХ века показали вселенскую нашу, в СССР, глупость. Глупость партийной элиты, вообразившей, что она умнее не только рабочих и крестьян, но и Сталина. И глупость 12 миллионов коммунистов России, окончательно посчитавших, что им «думать неча, если думают вожди». Есть причина задуматься и о правоте диалектического вместе с историческим материализма. На ум приходит народная ирония: «А в чём сходство и различие мата и диамата? Сходство — и тот, и другой есть могучее оружие пролетариата. Различие — мат никто не учит, но все знают и владеют. Диамат учат все, но никто не понимает и не владеет».

Так, возможно, тов. Федоткин в чём-то прав? Вот прикинем, не сходя с позиции диамата: мы ничего не знаем о своих братьях по разуму даже в нашей Галактике, не говоря уже о Вселенной. А вдруг где-то в её безднах есть Сверхцивилизация, достигшая могущества, равного Богу? Кто скажет, что это невозможно? И вот её учёные мужи, которые овладели энергией своей звезды, выбрали на окраине Галактики подходящее пространство и звезду и на наиболее подходящей планете посеяли семена жизни, чтобы посмотреть, что из них вырастет и разовьётся, если не мешать, а только наблюдать? И сразу расхочется клеймить товарища Федоткина потому, что его гипотеза имеет право на существование с позиции самого глубокого диамата и истмата.

И ещё одно замечание — по поводу утверждения В. И. Ленина на съезде комсомола в 1920 году. Помните? Надо обогатить свою память знанием всех богатств, накопленных человечеством. Кстати, это не так уж трудно. Но вот эрудицию свою мы при этом увеличим, а станем ли более умными?

На уроках обществоведения в вечерней школе рабочей молодежи я такой вопрос задавал. Дружный хор отвечал согласием. Тогда я брал мел и рисовал на доске заштрихованный круг.

— Площадь круга — это то, что мы знаем о мире. А окружность — это что? Что находится за её пределами?

Подумав, кто-то отвечает:

— Это область того, что мы не знаем. Ого-го!!!

Предлагаю:

— А давайте увеличим площадь нашего Знания раз в 10! Мы стали умнее или наоборот? Длина нашей границы с незнанием ведь увеличилась! Внутри круга, осваивая наличные богатства знаний общества, мы умнеем. А вовне становимся более невежественными, так как граница с областью нашего незнания стала длиннее.

Поэтому познать, понять можно всё, с чем сталкиваемся, но сам процесс познания бесконечен. В такой подаче диамат становится понятнее и усваивается легче.

Так что бойтесь постоянной ясности в своём Уме и не спешите клеймить невеждами тех, кто хочет странного и сомневается в очевидном для вас.

Л. С.