Дискуссия на страницах нашего альманаха достигла своего апогея, и как автор первой статьи я чувствую необходимость подвести черту под этим масштабным спором. Мои уважаемые коллеги — полковник Стальнов, Виолетта Семенова и Олег Пересветов — блестяще развили идею системности. Однако, увлекшись борьбой с «инфантильным хаосом» Головановой, они впали в другую, чисто отечественную крайность. Они начали воспевать самосожжение, надрыв и работу на износ, подменяя регулярность банальным самоистязанием.
Товарищ Пересветов восторженно пишет о лидерах, готовых «пахать на благо Отечества двадцать четыре часа в сутки». Виолетта Семенова ставит в пример Михаила Сперанского, который спал по четыре часа в сутки, и Феликса Дзержинского с его фанатичным стилем работы. Товарищи, остановитесь! Это не системность. Это тот же самый аврал, только растянутый на всю жизнь. Это психологическое и физическое насилие над человеческим организмом, которое мы, марксисты, обязаны решительно осудить.
Давайте посмотрим на факты трезво, с точки зрения биологии и медицины. Михаил Сперанский действительно спал по четыре часа в сутки, подрывая здоровье. Из-за хронического дефицита сна, истощения нервной системы и колоссальных перегрузок великий реформатор прожил по меркам своего сословия не так уж много, угаснув от тяжелой болезни. А Феликс Дзержинский? Его «работа двадцать четыре часа в сутки» обернулась жесточайшим нервным переутомлением, многолетней мучительной бессонницей и постоянными сердечными приступами. «Железный Феликс» буквально сгорел на работе, умерев в пятьдесят два года. Разве это правильное, научно обоснованное управление человеческими ресурсами? Нет, это растрата ценнейшего человеческого капитала. Нам не нужен культ ранних инфарктов во имя государства.
Капитализм заставляет человека выжимать себя досуха ради чужой прибыли. Но социализм строится для человека, а не для того, чтобы превратить его в одноразовый инструмент. Взрослому человеку биологически необходимо спать минимум семь-восемь часов в сутки. Любая попытка урезать этот норматив — это преступление против собственного организма, ведущее к снижению интеллекта, ошибкам в управлении и преждевременной смерти. Нам не нужен надрыв на рабочем месте, нам не нужно, чтобы люди «рвали пуп» и совершали ежедневные трудовые подвиги. Достаточно работать честно, методично и эффективно восемь часов в день.
Более того, если мы действительно сможем построить идеально отлаженную систему, автоматизируем рутину с помощью цифровых технологий и ОГАС, то рабочий день можно и нужно сокращать. Давайте вспомнить экономические дискуссии поздней сталинской эпохи. В своей работе «Экономические проблемы социализма в СССР» Иосиф Виссарионович Сталин прямо заявлял, что для перехода к коммунизму необходимо сократить рабочий день сначала до шести, а затем и до пяти часов.
Зачем это нужно? Именно для того, чтобы исключить профессиональное выгорание и отчуждение, о которых так пеклась Елена Голованова. Освободившиеся часы человек должен посвящать не нудному заколачиванию денег, а всестороннему развитию: творчеству, учебе, чтению, научным хобби, спорту, физкультуре, домашним делам и, наконец, своей семье и воспитанию детей. Вот это — настоящая система. Когда производство работает как швейцарские часы, а у людей есть время жить, дышать и развиваться духовно, не превращаясь в загнанных лошадей.
При этом я обязан сделать важную оговорку: такой гуманный, сбалансированный режим возможен только для сознательных граждан, уважающих порядок. В отношении же тех, кто сознательно выбирает путь паразитизма и деградации, я абсолютно солидарен с полковником Стальновым. Общество не должно нянчиться с тунеядцами, бродягами и хроническими алкоголиками. Против вопиющей безответственности необходимы современные работные дома — центры принудительной социализации с четким режимом дня. Подъем в шесть утра, гигиена, обязательный нормированный труд. Если человек разрушает себя и пространство вокруг, государство обязано вернуть его в русло дисциплины силой.
Мы также должны научно признать, что существуют определенные генетические отклонения и особенности психики, которые делают человека органически неспособным к самоконтролю и системной деятельности в обычных условиях. Отрицать это, как делает Голованова, — значит закрывать глаза на биологическую реальность. Таким людям нужна не «творческая свобода», в которой они окончательно пойдут на дно, а внешняя, жесткая поддерживающая структура — режим, устав и регламент, которые помогут им остаться полезными членами общества.
Пора заканчивать с романтическими иллюзиями и управленческим мазохизмом. Будущее социализма — это идеальный баланс между железной дисциплиной производства и бережным отношением к здоровью человека. Мы наведем порядок в сортирах, на столах и в кадровых отчетах. Мы внедрим автоматизацию и отсеем хаотиков. Но сделаем это не ради того, чтобы спать по четыре часа и умирать на рабочих местах, а ради того, чтобы каждый гражданин России имел время быть человеком — здоровым, развитым и счастливым.