«Вот ваш слесарь Краснопольский, о котором вы спорите со Стальновым и Маяковским. Вы думаете, ему нужен плакат с графиком заготовок ярового зерна? Нет! Ему нужно, чтобы искусство отразило его внутреннюю драму — драму созидателя, который ищет своё место в космосе истории. Искусство должно быть огнём, а не бухгалтерским отчётом».
Больной самомнением историк Рякин с презрением отверг значение живых примеров, о которых я пишу, напоминая о них. Они, видите ли, случайны, так как политэкономия важнее жизни. Он забыл, что неслучайно подобранные факты истории, если их выстроить в логической последовательности, объясняют суть явления. Неопровержимые факты успехов хозрасчётных коллективов в деле роста активности рабочих, их сознательности, ответственности, умения решать возникающие проблемы, если их все рассмотреть с должным вниманием, доказывают, что без распространения ленинской теории всеобщей кооперации на заводские коллективы никакого социализма мы в России не построим даже в том невероятном случае, если КПРФ получит на очередных выборах в Госдуму большинство.
Как решает проблему с маргиналами КПК в Китае — это дело китайского рабочего класса. Как профсоюзница Т. Майер в Германии — это дело её и её соратников. Не нам судить и позицию комсомольцев в США, тоже не нам. У нас своя страна и свои скелеты в шкафах.
Мои статьи о причинах краха КПСС неприятны многим коллегам своей ортодоксальностью, которая отвергает стремление решать сегодняшние проблемы России не с помощью классового подхода, а с помощью призывов к самосовершенствованию людей через чтение воззваний пламенных идеологов. Оружие классовой борьбы должно быть грозным в применении, а литература, особенно поэзия, должна быть отточенной как штык. То есть такой, которая с первой строки берёт читателя в плен и не отпускает всю жизнь. А тут «Хлеборобов» и «Крестьян» — что это, поэзия? Нет, так… Морковный кофе.
Дался вам выдуманный вами «слесарь Краснопольский», о котором вы ничего знать не хотите. Я ему, реальному, говорю: «Саша, в альманахе „Город солнца“ тебя полоскают. Ответил бы им сам на их закидоны». А он только улыбается. Не интересны бывшему инженеру по образованию и руководителю советского предприятия в Подмосковье наши дискуссии. Он и мне, знакомясь с моими статьями, ничего не комментирует. У него есть свои взгляды на прошлое, настоящее и будущее. А как слесарь и вынужденный ударник труда на собственника завода, где он работает ради денег, он хочет одного — работу бы не потерять в случае, если хозяин обанкротится или продаст свою недвижимую собственность. На пенсию выживать можно, а жить — нет. У него есть сыновья, компьютерщики по найму, неплохо оплачиваемые за свою работу. Внуки и внучки, о которых он думает и заботится, пока КПРФ, за которую он голосует на выборах, пытается повернуть руль корабля «Россия» влево. И своя библиотека из любимых книг, купленных в советское время.
И вот что характерно: его коллеги на заводе и коллектив из 6 человек, которым руководит по найму мой сын, политикой интересуются только постольку, поскольку она их самих затрагивает, но не так, чтобы в неё вмешиваться. Насколько я знаком (был) с рабочими коллективами в Коломне, в промышленном городе, и тамошний рабочий класс думает не о классовой борьбе, а о работе, дающей им пока что средства на белый хлеб со сливочным маслом. Вот не стать бы безработными! В Коломне давно перестали ругать коммуняк и славить власть. Но и бороться с ней в партийных рядах — увольте. КПРФ для них — это Зюганов и его депутаты с депутатскими окладами, которых они и по фамилиям не знают, за редкими исключениями.
В переводе на русский, парламент — это место, где говорят. Так оно и есть. Знай себе говорят и говорят, а жить становится всё труднее. Но не депутатам же!
И до тех пор, пока в руководящем составе фракции КПРФ не будет нескольких вчерашних слесарей с неразрывной связью со своими трудовыми коллективами, о нашей прекрасной по составу фракции можно повторить слова Ленина о декабристах. Не так, как те, но всё же далеки они от рабочего класса.
Так что оставьте виртуального слесаря Краснопольского в покое. Как только мы заговорим на языке, приводящем в движение рабочие массы, они нас услышат и помогут нам в решении даже не самых животрепещущих проблем вроде спектральной диалектики и дисциплины в школах и пивных.
Л. С.