Я читал этот бесконечный, сухой, как бухгалтерский отчет, спор между кандидатом наук Федором Рякиным  и подполковником Стальновом, слушал лекции пекинского профессора Ван Вэньгэ и чувствовал, как буквы на экране начинают покрываться слоем цементной пыли. Товарищи мужчины, вы вообще помните, что женщина — это не просто «фактор воспроизводства производительных сил» и не «рачительный кассир домашнего бюджета»?  Вы заперли живую, трепетную, порывистую человеческую душу в тесные рамки должностных инструкций: тут мой волосы, там держи дистанцию, здесь вари борщ и ни в коем случае не уделай плиту!

Вы ищете доблесть в идеальной чистоте прихожей. Но настоящая доблесть женщины — в её способности любить, гореть, созидать и оставаться нежной в этом жестоком, пропахшем машинным маслом и порохом мире.

Вам бы запереть её в цех или в спальню,
Спрятать в Союза девичьих строчки.
Выковать бабу — сухую, стальную,
Чтобы рожала солдат и рабочие дочки.

Но женщина — это бушующий пламень,
Это весна над унылым заводом!
Вы её мерите словом «фундамент»,
А ей бы лететь — к облакам и свободе!

Тоска по фарфоровым королевам

Товарищ Рякин сокрушается, что его тридцатилетние «образцовые холостяки» не женятся, потому что вокруг одни «расфуфыренные мамзельки с философией содержанок». Какая тоскливая, мещанская обида! Да вы сами, своим диким рынком и своими серыми, унылыми буднями, превратили женщину в фарфоровую куклу. Капитализм отнял у неё право на мечту, оставив выбор: либо продавать себя на глянцевой панели соцсетей, либо стать бесплатной прачкой для уставшего пролетария.

Вы воспитывали принцесс, а получили королев? Так радуйтесь! Но вы боитесь этих королев. Ваши «образцовые мужики» пасуют перед яркой, свободной, гордой женщиной. Им не нужен товарищ, им нужна удобная бытовая техника с функцией ежедневного мытья волос. Вы хотите создать «Союз российских девушек», чтобы со школьной скамьи дрессировать их у плиты? Вы хотите кастрировать их юность, их поэзию, их право на бунт!

Не надо девчонок шеренгами строить,
Учить экономии, стирке, поклонам.
Вы душите в них молодую историю,
Сжимая сердца каноническим звоном.

О Крупской, Коллонтай и праве на полет

Вы приводите в пример Надежду Крупскую как «верную помощницу» Ленина. Но вспомните, как Ленин смотрел на неё! Не как на кухарку. Он видел в ней огонь, искру, соратника, который в сибирской ссылке под керосиновой лампой писал манифесты свободной России. Их брак был союзом двух горящих сердец, а не договором о правильном распределении гендерных ролей на кухне.

Александра Коллонтай требовала для женщины права на страсть, на полет, на освобождение от кухонного плена. И когда советская власть сажала женщину на трактор или отправляла в космос — это была поэзия прорыва! Это был Леф, это был футуризм, это был триумф духа над бытом! А вы сегодня хотите сделать шаг назад, заявляя, что женщина-летчик или женщина-директор — это «аномалия». Да без женских рук, без женской чуткости и нежности ваши мужские коллективы давно бы перегрызли друг другу глотки в погоне за планом и показателями.

Пусть женщина правит полками и цехом,
Пусть выси космические штурмует!
Её красота — не помеха успеху,
Она этот мир созидает, целует.

Мой вывод

Татьяна Майер права: современная женщина никогда не согласится добровольно вернуться в патриархальное стойло, как бы красиво вы его ни называли. Но и либеральный глянец — это тоже тюрьма, только с золотыми прутьями.

Левое движение победит только тогда, когда вернет в свои лозунги романтику, лирику и страсть. Женщина — это не обслуга и не инструмент демографии. Она — весна человечества. Наш лозунг: «Абсолютную свободу — чувствам и творчеству! Освободим женщину от мещанского быта ради любви, поэзии и звезд!»