Однажды в 1989 году победителем в соцсоревновании 12 отдела столичного ГАИ стала смена капитана Владимира Коротеева. Когда закончилось итоговое совещание, парторг из управления попросил его остаться. И рассказал об удивительной новости – в связи с потеплением советско-американских отношений их главк решил тоже отличиться – планировалась отправка в США группы сотрудников правопорядка для обмена опытом. От каждой службы будет отобрано по одному человеку. От ГАИ планировалось включить в делегацию Коротеева.

Сотрудник ГАИ остановил водителя / Владимир Михайлович Коротеев

Вскоре его вызвали в Управление ГАИ на заседание парткома. Личное дело милиционера было безупречное. И кроме диплома юридического института имелось свидетельство об окончании Университета марксизма-ленинизма. А значит, человек был идеологически правильный. Их готовили в разных комитетах и конечно – в КГБ. Чекисты категорически запретили указывать в анкетах на выезд принадлежность к компартии.

В группу из 13 человек вошли все лучшие сотрудники, работавшие как говорят в милиции «на земле», с опытом работы. Только руководитель делегации был полковник Анатолий Егоров, остальные – в званиях не выше майора. Летели до Штатов общей группой. В аэропорту им. Кеннеди наших милиционеров развезли по своим подразделениям встречающие. Владимир Михайлович Коротеев попал в полицию города Нью-Лондона в штате Коннектикут под «опеку» полицейского Билла Дитмана.

В небольшом поселении приезд русского стал местной сенсацией. Встречал его мэр. Нашему милиционеру пришлось непросто. Так только с дороги завели его в кафе накормить, как тут же ввалилась целая куча репортёров и операторов с камерами. Переводчица пояснила, что так скорее всего будет во все дни его пребывания в США. Владимира Михайловича поселили в доме Дитмана. Семье было невероятно интересно увидеть живого советского человека. Коттедж их стоял на берегу океана, что было очень приятно. Зато Коротеев по-настоящему страдал, что в доме американцев не было хлеба, никакого. Просить он не решился.

Анатолий Николаевич Егоров, возглавлявший ту делегацию

Поначалу общались жестами и с помощью словаря. Постепенно приходило понимание. Но его американский режим Коротееву не нравился. Безусловно, культурные и памятные места города посещать было интересно. Вот только он приехал набираться рабочего опыта! Поначалу Билл смеялся и отговаривался тем, что Владимир у него в гостях. Когда наш стал настаивать, полицейский явно зауважал коллегу, и они вместе отправились к начальнику полиции.

Там как положено сфотографировали, сняли отпечатки пальцев, на фирменную бумагу написали цвет волос, глаз. Затем начальник полиции и мэр поставили свои подписи. Всё заламинировали. И стал товарищ Коротеев почётным полицейским города Нью-Лондон. А дальше начались «открытия» и для него, и для американских полицейских.

В первое же рабочее утро милиционера поразило утреннее совещание. Каждый из полицейских придя на работу тут же наливал себе большую кружку кофе. Пока шло обсуждение дел и получение заданий, они так и распивали свой напиток, пока не заканчивалось мероприятие.

Патрулирование на американских улицах, в неблагополучном квартале

Когда шеф представил нового «временного сотрудника» из СССР, возник настоящий ажиотаж. Каждый пытался до выезда на патрулирование задать русскому вопрос. Понравилась советская форма, а наличие нескольких звёздочек на погонах вызвало уважение. Однако неожиданно стало понятно – почти все полицейские считают Коротеева агентом КГБ. Антисоветская пропаганда плотно сидела в их полицейских головах. Тогда он предложил ответить на более конкретные вопросы по службе в милиции. Чем больше их задавали, тем больше убеждались, что это настоящий советский милиционер.

На первое патрулирование взяли в вертолёт. Смена предполагала 6 часов, но поскольку переводчица выдержала только 4, потом пришлось спускаться. Укачало. Но и за это время капитан Коротеев к удивлению американцев точно определял нарушителей с высоты в 200 метров. Каждого нарушителя на земле догонял экипаж и оформлял всё по правилам.

В СССР тогда нужно было ещё доказать, что машина превысила скорость. К удивлению нашего «гаишника» в США никто даже не попытался оспорить факт нарушения. Слово полицейского было безусловным законом!

Прибытие на ДТП

А вот суд ему показался странным. Если одну и ту же сумму штрафа выписывают двум людям, а один пытается возмущаться – ему тут же могут увеличить платёж почти вдвое. А если второй не возмущается, а приносит какие-то справки, оправдывающие его – сумму могут снизить, тоже почти вдвое.

При дежурстве на машине Коротеев заметил, что их экипаж всегда прибывал на происшествие последним. Он поинтересовался, почему так? Оказалось, начальством было дано указание – с русским приезжать последним. Не дай бог ранят или ещё хуже. А так оказалось, что экипаж, прибывший последним, брался на заметку. Если случалось несколько раз, шли разборки в участке. Могло закончиться понижением в должности и даже увольнением. Прикрытие коллег ставилось чётко.

После каждого дежурства полицейские интересовались разными подробностями работы – спрашивали, а как это в СССР? Особенно потрясло их, что милиционеру запрещалось держать патрон в патроннике постоянно, следовало досылать непосредственно перед стрельбой. Это как же можно ликвидировать опасного преступника при таких условиях? Немало удивил Коротеев их и тем, что при преследовании преступника в СССР представитель закона обязан первый выстрел сделать в воздух. В Штатах в случае нарушения закона полицейский имел право стрелять сразу на поражение.

В Союзе нужно было ещё доказать, что водитель превысил скорость. Работа специализированного автомобиля УГАИ по оформлению ДТП, устройство на РАФе — приспособление для стереофотосъемки

С интересом Коротеев увидел впервые наручники. У них в ГАИ их ещё не было. Лично он удивил американцев своей меткой стрельбой в тире. Советский «гаишник» Коротеев по-настоящему влился в коллектив. Поэтому когда пришла пора уезжать, он увидел на их лицах искреннее огорчение.

Один из офицеров попытался подарить ему револьвер «Смит и Вессон», пришлось вежливо отказываться (кто бы его пропустил с таким подарком через границу!), подарили служебный жетон, кепку, а ещё – три комплекта наручников.

Здесь же произошла совсем неожиданная встреча. Услышав русскую речь, к Владимиру буквально подбежали старик со старушкой. Лет им было по внешнему виду много. Они плакали и расспрашивали, как там дела в столице? Оказалось, это москвичи ещё первой волны эмиграции. Видно было, что материально живут они отлично. Оказалось – старичок нажил здесь миллиарды. Только душа всё время болела, как там, в России…Просили Коротеева пожить у них хоть недельку. Сказали, что обратятся к одному из сенаторов штата, всё уладят. Но Владимир Михайлович уже честно говоря устал от Америки, ему хотелось домой, к родным и своей работе. Хотя конец 80-х годов совсем не радовал советских людей сытой жизнью.

ГАИ, 80-е годы

Ещё больше интересных историй в моём ?Телеграм-канале. Обязательно загляните

С большим трудом, с помощью лётчиков Коротееву удалось протащить через таможню три пары наручников. Американское почётное удостоверение (выписанное бессрочно) также осталось с ним. Однажды оно даже пригодилось. Когда кто-то из его подчинённых забрал права за нарушение у импозантного водителя «Линкольна».

В их отдел в этот же день явился вице-консул США, заявляя о неправомерном задержании сотрудника миссии. Владимир Михайлович умело вышел из положения. Он предъявил своё удостоверение полицейского и сказал, что как представитель американского закона имел на это право. Вместе посмеялись над ситуацией. Американца заинтересовала история получения документа, Коротеев с удовольствием её рассказал. Разошлись дружески, без всяких разногласий.