Это фрагмент из романа в Самиздате, из серии попаданцы из 21-го века в советскую эпоху. Его главный персонаж выступает в облике М.В.Фрунзе, умершего на операционном столе, что и стало поводом множества спекуляций, в т.ч. и литературных. Сразу вспоминается Замятин. В данном романе Фрунзе был убит потому, что Сталину хотелось поставить во главе армии «ничтожного», но преданного Ворошилова. Умерший в 21 веке неглупый и гуманный человек своим сознанием внедряется в момент смерти в голову М.В.Фрунзе, воскресает в его облике и делает головокружительную карьеру, став после им организованной естественной» смерти Сталина фактическим руководителем страны. И вот что объясняет в этом качестве марксистам в высшем руководстве страны:

– А как же коммунизм? – осторожно поинтересовался Рыков, вклиниваясь.

– Идеология – это просто способ достигнуть указанных стратегических целей. Тактика. Инструмент. Один из многих. Красивая обертка для здравого смысла. Вон Владимир Ильич иной раз шел на весьма радикальные компромиссы, совершенно неприемлемые с точки зрения идеологии. И вряд ли кто-то из вас может его в этом упрекнуть. Сомневаетесь? А зря. Мы с вами, товарищи, живое доказательство тому, что Маркс немало промахнулся в своих выводах. Практика – главный критерий истины. Россия была последней страной по Марксу, в которой революция была возможна. Но…

Тишина.

Фрунзе встал из-за стола и прошелся по кабинету. Подошел к окну. Осторожно, чтобы не подставляться под возможный выстрел, выглянул на улицу. Темно. Снег. Крохотные, жалкие, больные желтые фонарики совершенно блоковского толка, мимо которых ковыляли прохожие по неочищенным улицам.

– Вы, если не согласны со мной, скажите прямо, – наконец произнес он.

– А что сказать? – тихо ответил Бухарин, скосившись на Дзержинского. – Мы действительно делали революцию, чтобы простым людям жилось легче. Но, мне кажется, вы несколько радикально судите. Маркс, конечно, совершил несколько ошибок. Но…

– А вы уверены в том, что он прав в остальном? Можете за это поручиться?

– Я… – Он как-то замялся. – Я не знаю.

– Я вот тоже. Вот он пишет о смене формаций. Вон рабовладельческое общество сменилось феодализмом, а потом капитализмом. Красиво? Логично? Одна беда – совершенно неясно, как при этом рабовладельческое хозяйство могло органично существовать в капитализме. Причем массово и эффективно. Формация ведь сменилась. Причем давно. И таких ошибок у него масса. Из чего можно сделать простой вывод: языком молоть – не кирпичи ворочать. Он был теоретиком. И каждая его ошибка – просто помарка на листе. А мы практики. И каждая наша ошибка – это трагедия людей. А то и жизнь. Причем не одного человека, а сотен тысяч, возможно, миллионов или даже десятков миллионов. На нас лежит несравнимо бо́льшая ответственность. И мы не можем себе позволить слепо следовать указаниям бездельника и фантазера. Пусть даже и, казалось бы, здравым.

Тишина.

Никто возражать не стал… (Выделено мной — Л.С.)

И о преемнике Ф.Э.Дзержинского.

«…Что же до идеологии, то она ему была настолько же по барабану, как и самому Фрунзе. Прагматик, реалист, материалист, приземленный и неплохо понимающий людей.

Наверное, идеальный чекист за исключением одного момента – слишком конъюнктурен. И если власть сменится – он, вполне вероятно, перебежит к новой власти. В остальном большой молодец.

Да, Артур не Феликс Эдмундович.

Вот такие идеи несут в массы некоторые наши писатели, с лёгкостью необыкновенной доказывающие, что Маркс был оторванный от жизни теоретик, Ленин просто прагматик, а Сталин безнравственный карьерист. Да ведь и правда, что уши не у всех людей дыра сквозная. Многим из читающих может запасть.

Кто автор? Таких, увы много, но за пределами его отношения к Марксу, Ленину, Партии и Сталину в романе много дельных мыслей на тему «Что делать?».

 Это Михаил Ланцов. Роман «ФРУНЗЕ»