Дискуссия, развернувшаяся на страницах электронного альманаха «Москва — город Солнца» вокруг предложенной мной реформы школьного курса литературы, превзошла все ожидания. Я искренне благодарен каждому из авторов — ветерану-педагогу Льву Сорникову, подполковнику Виктору Стальнову, культурологу Кристиану Маяковскому, американскому товарищу Итану Джексону, китайскому исследователю Ван Вэньгэ, немецкому профсоюзному лидеру Татьяне Майер, активисту Олегу Пересветову и публицисту Льву Преображенскому — за их яркие, содержательные и глубокие отклики. Тот факт, что скромные тезисы историка вызвали столь мощный международный и межпоколенческий резонанс, лишний раз доказывает: вопрос воспитания подрастающего поколения — это самый болезненный и самый важный нерв нашего общества.

Прежде чем перейти к содержательной полемике, я хочу выразить глубокую признательность фрау Татьяне Майер за ее живой отклик и чрезвычайно любезное приглашение посетить Германию для ознакомления с европейским педагогическим опытом. Мой коллега Олег Пересветов с присущим ему созидательным энтузиазмом уже был готов поддержать эту инициативу, однако я вынужден вежливо отказаться от этой поездки. При всем уважении к зарубежным наработкам, задачи, стоящие перед отечественной школой, уникальны. Нам необходимо преодолевать тот глубочайший системный упадок, в который образование погрузилось со времен разрушительных реформ эпохи Горбачева — Ельцина, опираясь прежде всего на собственные исторические корни, на понятия русского лада, долга, чести и служения обществу. Решать проблемы нашей школы за кружкой баварского пива в Берлине или Мюнхене было бы слишком безответственно.

Выслушав всю лавину критики, я должен твердо заявить: я остаюсь при своем мнении. Мои оппоненты, при всем различии их позиций — от сурового армейского патриотизма товарища Стальнова до революционного пафоса товарища Преображенского — совершают одну и ту же методологическую ошибку. Они упорно путают и идеализируют экстремальный героизм военного времени с задачами повседневного мирного созидания. Товарищ Стальнов и исследователь Ван Вэньгэ правы: в моменты смертельной опасности нации нужны титаны духа, способные закрыть собой амбразуру. Но школа не может существовать в режиме перманентной катастрофы. Нельзя воспитывать ребенка с установкой, что его главная жизненная цель — красиво погибнуть или довести себя до инвалидности ради выполнения плана.

Если система в мирное время требует от людей массово спать на бетонных полках и работать на износ, подрывая здоровье, то грош цена такой бессистемной организации труда. Сталинская индустриализация, о которой так печется подполковник Стальнов, победила не благодаря слепому фанатизму, а благодаря строжайшему научному расчету, Госплану и подготовке блестящих инженерных кадров. Именно поэтому образ инженера Сайреса Смита из «Таинственного острова» незаменим для старшеклассников. Он учит не эгоизму, как показалось товарищам Джексону и Стальнову, а коллективному созиданию силой интеллекта. Смит спасает свою коммуну не надрывом, а наукой. Что касается «Робинзона Крузо», то в гениальном прозаическом пересказе Корнея Чуковского оттуда вырезана вся буржуазная накипь, оставлен чистый экстракт человеческой воли, и для начальной школы это идеальный учебник самостоятельности.

Товарищам Сотникову, Маяковскому и Преображенскому, которые обвиняют меня в «кастрации искусства» и «мещанстве», цитируя Карла Маркса, я отвечу так: школа — это не филологический факультет и не подпольный кружок по подготовке боевиков. Мы не имеем права калечить неокрепшую подростковую психику депрессивными девиациями Федора Достоевского или алкогольным безволием персонажей Эриха Марии Ремарка, которые всю дорогу лишь пьют кальвадос и капитулируют перед трудностями. Подлинное служение обществу и семье требует не шизоидного хаоса в голове, а кристальной моральной чистоты и трезвого рацио. Юноша должен четко понимать, кто на страницах книг является положительным героем, а кто — отрицательным. Аркадий Кирсанов в «Отцах и детях» — это победа разума, человек, сумевший преодолеть пагубную зависимость от разрушительного кумира Базарова и вернувшийся к созиданию и семье. Петр Гринёв в «Капитанской дочке» — это эталон чести и долга. Именно такие акценты обязаны расставлять школьные учебники.

Пора признать очевидное: бессистемные реформы последних десятилетий не демонстрируют никакого оптимизма к улучшению, потому что они лишили школу воспитательной функции. Литература должна перестать быть «учебником страданий». Ее задача — ковать стальной характер волевого, рационального созидателя, верного своей семье, своему обществу и своему Отечеству. Мы обязаны убрать из программы громоздкие поэмы и драмы, заменив их жесткой структурой прозы и выверенным сборником лучших стихов о любви к Родине и уважении к старшим для заучивания наизусть. Только очистив школьную классику от деструктивного хлама и расставив жесткие моральные приоритеты, мы сможем вырастить поколение людей долга и чести, способных вытащить страну из упадка и построить сильное, разумное общество.