Еще одна история из моего личного архива. 2002 год.

***

Инна Ганчарук работала старшим контролером-кассиром в одном из отделений Сбербанка. Из обычной советской семьи. Жили небогато, но дружно, каждое лето отдыхали все вместе то на Черном море, то на Кавказе. Жизнь к тридцати годам складывалась благополучно: семья, квартира, автомобиль, высокая зарплата у обоих супругов.

«На вас наведена порча»

До отпуска оставалось всего две недели. Собрались всей семьей поехать к морю. Конец июня, за год накопилась усталость. Жара, духота. А Инна очень плохо переносила жару. Последние дни перед отпуском тянулись мучительно медленно. Ганчарук рассказала, что в тот день к ней подошла женщина лет пятидесяти, восточной внешности и попросила разменять тысячу долларов мелкими купюрами. Просьба обычная. Как объяснила сама клиентка, она собиралась в отпуск за границу и намеревалась делать там небольшие покупки.

Но мелких купюр на тот момент в кассе не было. Инна тут же сделала заказ и предложила женщине зайти во вторник. Все это время женщина не сводила с Инны пристального взгляда, затем она поблагодарила ее и направилась к выходу. Перед самой дверью женщина оглянулась и громко сказала: «На вас наведена порча. Я могу помочь вам». Не дожидаясь ответа, женщина стремительно открыла дверь и вышла на улицу. В тот раз Инна не придала этому инциденту особого значения. Мало ли на свете разных чудаков?

Как вспоминает Инна, на следующий день женщина появилась за несколько минут до обеденного перерыва. «Давайте познакомимся. Меня зовут Валентина Михайловна Соколова. Я врач-экстрасенс. – Женщина говорила размеренно, чеканя каждую фразу. – На вашу семью наведена порча, и уже очень давно, но я готова вам помочь: вы мне сразу понравились. Деньги? Да что вы, даже не говорите про это, а то обижусь. Во время обеденного перерыва выходите во двор и захватите с собой немного денег. Нет, нет, они необходимы только для проведения ритуала». И Инна согласилась.

Во дворе женщин ожидала молодая девушка. Она представилась Татьяной. «Это моя клиентка, — пояснила Валентина Михайловна, — на нее тоже наведена порча. Вы же не против, Инна, если мы будем встречаться втроем?». И она снова пристально посмотрела на Инну. Та не возражала.

На следующий день, в воскресенье, женщины поехали на кладбище. Инна по указанию экстрасенса разыскала надгробие с таким же именем, как у своей матери. Валентина Михайловна произнесла заклинание, сожгла комок бумажек и развеяла пепел над могилой.

Инне стало как-то не по себе: «Что же я здесь делаю? Что за бред?». Похоже, Валентина Михайловна догадалась, о чем думает Инна. «А теперь возьми сырое яйцо и закопай в землю – в него войдет дьявольская сила». Инна подчинилась. Еще через некоторое время экстрасенс откопала яйцо, надкола скорлупу, перемешала щепкой содержимое. «А теперь смотри сюда», — она протянула яйцо Инне. Девушка взглянула внутрь и опешила – желток был черный. Не дав ей опомниться, Валентина Михайловна скомандовала: «Подай мне иголку и носовой платок». Инна исполнила и это требование.

Затем женщина воткнула иголку в платок, свернула его и велела Инне положить сверток во внутренний карман пиджака. Когда приехали в город, Валентина Михайловна приказала достать иголку. Ганчарук исполнила приказание и в очередной раз обомлела – игла поржавела и согнулась…

Встречи продолжились и на следующей неделе. Женщины встречались то на кладбище, то в церкви (там было невероятно душно), то просто на улице. А чтобы не привлекать внимание прохожих, для совершения ритуала заходили в ближайший подъезд. Инна чувствовала, как она с каждым днем все больше подчиняется воле этой женщины.

И вот наступила роковая среда. Вот как вспоминает этот день Ганчарук. Она говорит, что Валентина Михайловна собралась провести последний ритуал. Чтобы сеанс прошел успешно, она потребовала от Инны принести очень большую сумму денег.

— Ты же можешь взять их в кассе и вынести на улицу? – женщина пристально посмотрела на Инну.

— Нет, нет. Что вы, это нельзя.

— Ну что ты, глупышка, ведь никто же не узнает, — женщина смягчила свой тон.

На том и расстались. Весь последующий вечер и ночью Инну мучали сомнения, мысли роем путались в голове: «А ведь и в самом деле никто ничего не узнает, я только возьму на время деньги, а после обеда положу их на место». Другой голос категорически возражал: «Ты чего, дуреха, а если что-то случится?».

На следующий день, в обед, она достала из кассы все, что было: 12 тысяч долларов и 300 немецких марок, разложила их по разным пакетам (так требовала Валентина Михайловна) и вышла на улицу.

Они встретились на обычном месте, зашли в тот же самый подъезд. Первой ритуал предстояло выполнить Татьяне. Ей надо было добежать до перекрестка (минуты две), выбросить иголку и вернуться назад. «Ты готова на это время доверить нам свои деньги?» — экстрасенс обратилась к Татьяне. Та сразу же согласилась. Когда Татьяна дала свое согласие, Инна про себя подумала, что-она-то так ни за что не сделает.

А затем настала и ее очередь. Валентина Михайловна приказала ей встать на колени. Сумка с деньгами мешала, и Инна положила ее на подоконник. Женщина произнесла заклинание и проделала какие-то манипуляции руками над ее головой. И сразу же закружилась голова, все вокруг расплылось, и только отчетливо было видно лицо Валентины Михайловны. Ей мучительно хотелось отвести глаза от пристального взора, спрятаться, но она не решилась, ее воля была подавлена. Ганчарук оставила деньги и вышла на улицу…

Друзья познаются в беде

Инну Ганчарук в коллективе знали с положительной стороны. Она характеризовалась, как исполнительный, целеустремленный, отзывчивый, бесконфликтный работник. Случившееся потрясло весь коллектив, многие Инне сочувствовали. Коллеги начали собирать для нее деньги. Хотя, конечно, собранной суммы было явно недостаточно для погашения всей недостачи. Тем не менее первая компенсация (15 тысяч рублей) была обеспечена за счет коллег.

Сразу же после случившегося на Инну было заведено уголовное дело. Чтобы покрыть недостачу, Инна собиралась продать свою квартиру и даже дала объявление в газетах. На тот момент деньги, вырученные за квартиру, могли только на две трети покрыть ущерб. Инну уволили по статье «за утрату доверия».

В «психушке»

…Старушка корчится в рвотных позывах.

— Что с тобой? – обступили ее соседки.

— Рожаю.

— От кого рожаешь-то?

— От Киркорова, — старушка обнажает лошадиные зубы, женщины хохочут.

А вот Инне не до смеха. Сегодня ее перевели из отделения неврозов в закрытое психиатрическое.

— Разрешите хотя бы домой позвонить, предупредить домашних, — умоляет она санитаров.

— Не положено, — отвечают они.

И потянулись тяжелые дни. Против Ганчарук было возбуждено уголовное дело, и ее отправили на психиатрическую экспертизу. Инна сразу прибилась к «нормальным», они жили вчетвером в отдельной палате. В столовой кормили скверно, психички были вечно голодные. В туалет заходить страшно: постоянно кто-то роется в помойном ведре, доедает огрызки. Выручали посылки с воли. «Нормальные» накрывали стол в своей палате, а через стеклянные двери за ними наблюдали десятки голодных глаз.

Больше всего Инна боялась электротерапии. Пациента садят в кресло, к голове подключают какие-то проводки, затем следует разряд электричества, человек дергается в судорогах, а затем руки, ноги и все тело обвисают как плеть.

Суд

Заключение барнаульских психиатров не обнадеживало: «Ганчарук И.П. хроническим психическим расстройством не страдает и не страдала в момент инкриминируемого ей деяния, психически здорова. В момент совершения правонарушения Ганчарук И.П. не обнаружила признаков какого-либо временного расстройства психической деятельности и гипнотического состояния. В отношении содеянного ее следует считать вменяемой. На вопрос о состоянии «транса» ответить не представляется возможным из-за различности терминологии с использованием этого термина как в научной патопсихологии и психиатрии, так и в практической психологии, использующей такую лексику в психотерапевтических целях».

Адвокат просил оправдать Инну, но обвинители требовали признать Ганчарук виновной. И вот судья читает приговор. Ганчарук признается виновной. Ей назначили наказание в три года лишения свободы с конфискацией имущества и с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Кроме того, в счет погашения материального ущерба суд взыскал с нее 297 тысяч 346 рублей 67 копеек.

И хотя готовились ко всему, такого приговора никто не ожидал. У меня в руках копия того приговора. Вот только две выдержки из этого документа: «Что касается корыстных цели и мотива совершения преступления, то суд считает, что в ходе судебного следствия они также нашли свое подтверждение, поскольку подсудимая взяла денежные средства из кассы, заведомо зная, что они ей не принадлежат, для использования их в целях проведения ритуала, никак не связанного с исполнением ею своих должностных обязанностей (!), для чего они непосредственно и предназначались», «Несмотря на заявление подсудимой Ганчарук И.П. о непризнании своей вины, из ее дальнейших показаний, данных суду, следует, что она признает себя виновной частично, отрицая лишь умысел с ее стороны на незаконное обогащение и отсутствие у нее корыстной цели. Однако ее показания в этой части суд оценивает критически как избранную форму защиты, вызванные желанием избежать уголовной ответственности за содеянное».

В тюрьме

«Чего расселась? А ну встать! Что ты возишься, как корова? Собирайся быстрей!», — с таким обращением со стороны конвоиров Инна столкнулась уже в первые часы после приговора. Кто она теперь? Да, никто. Просто «зечка» — самое низшее существо, даже ниже, чем сторожевые собаки – с ними тюремщики обращаются гораздо любезнее.

Инна моет пол в коридоре. Проходящий тюремщик бросает окурок на пол, тычет в него пальцем: «А здесь почему не убрала?». Его забавляет собственная шутка, он долго хохочет, по-иезуитски кривя рот. А вот заключенные на прогулке в тюремном дворике (такое случается нечасто), кто-то обронил слово с соседкой. За это «нарушение» всех лишают прогулки.

Душевая. Женщины моются, они уже привыкли, что в это время за ними жадно наблюдает пара чьих-то мужских глаза.

Инна поначалу страшилась своих сокамерниц. Сразу после вынесения приговора хотела наложить на себя руки. А все-таки человек ко всему привыкает – даже к тюрьме. Там идет своя размеренная жизнь. В камере круглосуточно горит свет, дым от курева стоит коромыслом. Кто-то варит суп на электроплитке (в камеру можно принести даже свой телевизор, но только забрать с собой его потом не разрешают), молодежь целыми днями красится и наводит маникюр, кто-то играет с котенком.

«А вот там у нас спит Костя», — сокамерницы шутят, представляя Инне то ли женщину, то ли мужика. На «зоне» таких называют «коблы».

Вместо привычной «параши» — обыкновенные унитазы. Они в идеальном состоянии, можно сказать, даже отполированы. «Зеки» используют их в качестве транспортировки писем, одежды и продуктов питания. Все это пакуется в целлофановые пакеты и передается на веревочках по канализационным трубам. Как-то этажом ниже разместили мужчин, так в камере развернулись события похлеще бразильских сериалов. А в каком кино вы увидите, чтобы кавалеры объяснялись в любви своим избранницам через… унитаз?

В Москву, за правдой

Чем бы все это для Инны кончилось, если бы за ее дело не взялся барнаульский адвокат Олег Хворов, неизвестно. Проявил живой интерес к этому делу и другой известный барнаулец – психиатр Борис Пивень, выступление которого на суде сыграло решающую роль. Рассмотрев кассационную жалобу Инны Ганчарук, суд изменил ей меру пресечения и направил женщину на повторную стационарную судебную комплексную психолого-психиатрическую экспертизу. Вначале была «психушка» в Новосибирске, а затем Государственный научный центр социальной и судебной психиатрии имени Сербского в Москве.

В столице ничего не разрешалось брать с собой в палату, даже нижнее белье. Выдали Инне халат с двумя пуговицами. «Дайте хотя бы иголку, чтобы другие пришить». Но в ответ: «Не положено». Жить пришлось среди настоящих психов. Одна, к примеру, убила сокамерницу ножницами за сигареты. Другая соседка по палате то ли «косила» под психическую, то ли на самом деле была такой. Только она всякий раз испражнялась на кровать и потом свои фекалии размазывала по простыне. Зрелище, прямо скажем, не из приятных. Какая-то бабуля любила в голом виде разгуливать по коридору и часами разглядывать себя в зеркале. В отдельной палате жила больная СПИДом.

Московские врачи с самого начала отнеслись к Инне с сочувствием. Их вердикт был такой: «Ганчарук И.П. хроническим психическим расстройством не страдает. В период времени, предшествующий правонарушению, у нее развилось временное психическое расстройство в форме транса. Оно лишало ее возможности осознать фактический характер и общественную опасность своих деяний и руководить ими, поэтому в отношении инкриминируемого ей деяния ее следует считать невменяемой. По своему психическому состоянию в настоящее время в принудительных мерах медицинского характера она не нуждается. У Ганчарук не выявляется склонности ко лжи и повышенному фантазированию».

А где же правда?

Заключение психиатров оказалось достаточно для вынесения Инне Ганчарук оправдательного приговора. Краевой суд и Президиум Алтайского краевого суда, рассмотрев жалобу обвинительной стороны, оставили оправдательный приговор в силе.

Но мошенница по-прежнему на свободе. Инна еще раз с ней встретилась. Перед поездкой в Москву ее пригласили на опознание в милицию. Инна сразу же узнала мошенницу. Другая прическа, другой макияж, но только лицо-то не спрячешь. «Может быть вы ошибаетесь? Может быть, опознание вы производите только на основании отдельных примет?» — настаивала следователь. Но сомнений, конечно, не было. Перед ней сидела Соколова Валентина Михайловна. Она же Лебенкина Светлана. Однако следователь не приняла во внимание показания потерпевшей и на следующий день Соколову-Лебенкину освободили «за отсутствием оснований заключения под стражу». Где она сейчас – неизвестно. Мошенницу видели и в других местах, там она тоже предлагала свои «услуги». Были свидетели, но только этих свидетелей так и не удосужились пригласить на опознание. Почему?..

Никогда не разговаривайте с неизвестными!

Из средств массовой информации известно множество фактов, когда мошенники использовали явление гипноза и транса для подавления воли своей жертвы. Так во Владивостоке женщина, находясь в состоянии транса, вынесла цыганкам из дома все сбережения – 21 тысячу долларов. Опомнилась женщина только на улице, успев схватить воровку за рукав. Завязалась драка. Задержать мошенницу помогли уличные мальчишки. В милиции потерпевшую выслушали со смехом, а мошенницу тут же отпустили.

Другой случай произошел в городе Электростали Московской области. Цыгане, введя женщину в состояние транса (кстати, они также проделывали фокус с яйцом), требовали от жертвы пять тысяч долларов. Женщина уже была готова вынести эти деньги из дома, но муж, заподозрив что-то неладное, выпытал у жены ее тайну, а потом сообщил в милицию. В результате мошенницы были пойманы с поличным.

Профессор, доктор медицинских наук, заведующий кафедрой психиатрии Алтайского государственного медицинского университета Борис Пивень сыграл решающую роль в судьбе Инны Ганчарук. Именно его показания были приняты при рассмотрении кассационной жалобы потерпевшей.  

Не всяким человеком можно манипулировать, пояснил Борис Пивень. Есть очень внушаемые люди – их около пяти процентов. Таких можно «заколдовать» и без психотропных инъекций. Яркие плакатики, хлопок по плечу, четкие команды вводят такого человека в состояние транса. Воля отключается, и человек становится механической куклой в чужих руках. Кстати, именно таких людей в свое время возил по всей стране Кашпировский. Инна же относится к внушаемым – таких около 20 процентов.  Мошеннице пришлось долго повозиться, чтобы окончательно подчинить жертву своей воле. Действовала она примитивно, но эффективно: мелкими шажками развивала у Инны доверие к себе, привлекла сообщницу, держала девушку в эмоциональном напряжении.

Чтобы с вами ничего не произошло, помните: лучше не останавливаться возле уличных торговцев, не разговаривать с неизвестными, не обращать внимание на всякие «лотереи» и проходить мимо них как можно быстрее. Если вы уже попали под действие гипнотизеров – руки и ноги стали ватными, все воспринимается, как сквозь сон – помните: ваша главная задача – стряхнуть оцепенение любой ценой. Постарайтесь посмотреть на себя как бы со стороны и реально оценить обстановку. В конце-концов ущипните себя за руку, сделайте резкое движение, просто упадите. Если вы чувствуете, что вас «заговаривают», отведите взгляд в сторону от приставших к вам людей, не слушайте их, а твердите про себя любую скороговорку типа: «Карл у Клары украл кораллы». И через некоторое время вы придете в себя…

Газета «Комсомольская правда на Алтае», 2002 год.