История крушения великой советской цивилизации до сих пор воспринимается многими как трагическая случайность или результат верхушечного заговора эпохи перестройки. Однако для тех, кто внимательно изучал глубинные процессы, протекавшие в недрах советской системы, очевидно: катастрофа вызревала десятилетиями. Самое страшное заключается в том, что внутри самого советского общества были люди, которые не просто предвидели этот тектонический разлом, но и предлагали конкретные, научно выверенные инструменты для его предотвращения. Одним из таких пророков, опередивших своё время и принесенных в жертву догматизму партийной бюрократии, был Александр Александрович Фетисов.
Судьба А. А. Фетисова уникальна и трагична. Выходец из крестьян Орловской губернии, он принадлежал к тому блестящему поколению советских инженеров и организаторов, которые на своих плечах вынесли индустриализацию и Великую Отечественную войну. Инженер-капитан II ранга Военно-Морских Сил, заместитель начальника тыла Тихоокеанского флота, руководивший десантными операциями на Сахалине и Курилах, Фетисов обладал колоссальным практическим опытом управления макросистемами в экстремальных условиях.
Именно этот опыт, соединенный с глубоким теоретическим умом, привёл его в послевоенные годы к осознанию критической истины: методы государственного управления и планирования в СССР стремительно устаревают. Демобилизовавшись в 1954 году и переехав в Москву, Фетисов занялся фундаментальной наукой в Центральном НИИ экономики водного транспорта. Круг его интересов быстро вышел за рамки ведомства — он замахнулся на создание универсальной теории организации живых систем.
Фетисов совершил важнейший методологический прорыв. Он доказал, что традиционная академическая наука, сформировавшаяся на изучении объектов «мёртвой» природы, бессильна перед лицом живой практики. Общество, экономика, государство — это не механические конгломераты, а целостные, живые системы, в которых действуют совершенно иные законы.
В своём пророческом письме к видному советскому экономисту И. С. Малышеву «Назревшие проблемы политической экономии» Фетисов впервые в марксистской мысли детально обосновал разницу между капиталистическим и коммунистическим обществами через призму прибавочного и добавочного продуктов. Он доказывал, что источником богатства социализма является не классический прибавочный продукт, а добавочный, или дополнительный продукт, принадлежащий всему обществу и аккумулированный в форме общенародной государственной собственности. Именно он превращает социалистическое государство из политической «надстройки» в мощный материально-производственный фундамент всей цивилизации.
Фетисов вывел жёсткий закон: если государство не способно осмыслить собственную основу развития — а именно создание дополнительного продукта за счёт научно-технического прогресса и немедленного внедрения фундаментальных знаний в производство, — оно неизбежно обречено на деградацию, расползание и крах.
Ключевым понятием его теории был обмен. В зависимости от его характера Фетисов разделил процессы в макросистемах на две категории. К первой категории он отнёс восходящие процессы, обеспечивающие расширение, качественный рост и гармоничное развитие. Ко второй категории относились процессы нисходящие, порождающие бюрократическое разбухание, организационное расползание и последующий распад.
Увы, намечавшийся уже в пятидесятые и шестидесятые годы ползучий распад плановой системы партийная и научная верхушка замечать не хотела. Будучи членом секции теории организации Научного совета по кибернетике при Президиуме Академии наук СССР, Фетисов неоднократно обращался к академику А. И. Бергу с требованием создать специальные рабочие ячейки для спасения народного хозяйства. Вместо этого за свои бескомпромиссные выступления на защитах диссертаций, где он в пух и прах громил схоластические догмы, учёный в 1958 году был изолирован в ленинградскую психиатрическую спецбольницу. Власти предпочли объявить сумасшедшим человека, который предлагал готовый научный рецепт спасения страны.
Выйдя из специального заведения, Фетисов продолжил борьбу. В 1963 году он создал полуподпольное Общество изучения теории систем, известное также как «группа Фетисова», куда вошли М. Антонов, В. Виноградов, О. Журин, В. Быков, О. Смирнов, Э. Путинцев, А. Мазаев и В. Персиянов. На заседаниях общества кибернетика и политэкономия переплетались с острыми дискуссиями о национальной судьбе русского народа и засилье космополитизма в советской культуре.
В 1967 году, видя полную деградацию партийной верхушки, Фетисов открыто бросил вызов системе, подав заявление о выходе из КПСС. За ним последовали его ученики. В мае 1968 года Фетисов и трое его соратников были арестованы за распространение листовок, обличавших КПСС в идеологическом перерождении, и в августе того же года — в разгар пражских событий — снова брошены в тюремные психиатрические лечебницы. Система окончательно сгноила и растоптала учёного, который пытался защитить коммунистическое общество от его собственного маразма. После выписки Фетисов, с окончательно подорванным здоровьем, был вынужден до конца дней отойти от активной деятельности.
Лишь в 1992 году, когда Советского Союза уже не было на карте, что полностью подтвердило худшие опасения мыслителя, часть его трудов увидела свет в журнале «Хомосапиенсология». Мир наконец смог прочесть его блестящие статьи, среди которых были «Открытое письмо писателю Лиходееву», «К вопросу познания», «Подход к прибыли», «Обыкновенный фашизм», «Диалектика познания» и «Гальванизация трупа логического позитивизма».
Был выпущен и второй номер «Хомосапиенсологии» с не менее глубокими и прорывными теоретическими работами А. А. Фетисова. Эти редчайшие экземпляры когда-то бережно хранились в моём личном архиве. Они были детально мной изучены и осмыслены, но, будучи отданными в те годы коллегам для прочтения и широкой пропаганды фетисовских системных идей, безвозвратно затерялись в чужих руках. Увы.
Трагедия Александра Фетисова — это трагедия всей советской системы, которая в своей гордыне и догматизме предпочла уничтожить собственный интеллектуальный авангард, выбрав вместо восходящего развития нисходящий путь организационного расползания и закономерного краха. И этот урок истории мы обязаны помнить сегодня.