Эпоха «реформ» обрушила на массовое сознание гигантский вал мифов, призванных дискредитировать советское прошлое. Нас уверяли, что крушение СССР означает «конец истории». Однако глобальный кризис капитализма доказывает обратное. Потребность в глубоком анализе левой идеи сегодня остра как никогда. Сквозь призму спектральной логики мы можем уйти от бинарной схемы «чёрное или белое» и разобрать ключевые утверждения наших оппонентов, противопоставив хаосу мнений строгое пространство знаний.
Либеральные критики называют коммунизм утопией. Но на идеалах справедливости и земного братства построены все надежды человечества. Томас Манн утверждал: «Антикоммунизм — самая большая глупость ХХ века». Чем хуже коммунистической утопии утопия рыночного изобилия, обернувшаяся диким расслоением? Советский человек ежедневно пользовался реальными благами коммунизма: бесплатным образованием, медициной, правом на труд и отдых. Потерю этой социальной защищённости мы остро ощущаем лишь теперь. Большинство критиков марксизма просто не знают теории, им не хватает эрудиции сравнить её с другими концепциями. Реализация марксизма в жизни требовала творческого риска и коррекции на ходу, и Ленин не побоялся внести изменения, осуществив русификацию марксизма. Советская идеология была государственной и эсхатологичной — она вела к осмысленному финалу истории, трактуя человека как существо изначально доброе, но испорченное несправедливым устройством. Программа современной КПРФ — это не механический возврат назад, а созидание реального социализма, переход от эгоистичной «антропоцентричной» к разумной ноосферной парадигме.
Нам навязывают догму: «интеллигенция — мозг нации». Но именно она втянула страну в реформы, не зная, против чего бунтует. Диссиденты в союзе с пропагандой Запада создали утопию, увлекшую людей к пропасти. Показательно, что девяносто три процента москвичей, отдавших деньги в пирамиду «МММ» Мавроди, имели высшее образование, руководствуясь эгоистическими устремлениями.
Антисоветчики утверждают, что Октябрь 1917 года был случайным путчем без социальной базы. Но Февральская буржуазная революция, подготовленная масонскими ложами и кадетами, полностью разрушила легитимную власть сверху донизу. Самодержавие пало под тяжестью собственной несостоятельности. Столыпинская реформа, насильственно насаждавшая хутора, вела к расслоению и голоду деревни, создав взрывоопасную базу для коммунистических идей. Капиталистическая модернизация была исторической ловушкой, противоречащей общинному коду русского крестьянства, составлявшего восемьдесят пять процентов населения. Община гарантировала выживание в суровом климате; даже в 1927 году девяносто один процент земли в РСФСР находился в общинном землепользовании. Вытесненные в города крестьяне восстановили общину на заводах в форме «трудового коллектива».
В условиях кризиса победить могла лишь сила, способная провести модернизацию без переваривания России Западом. Революция победила бескровно, так как прозападная буржуазия и Антанта обанкротились. Отречение Николая II приняли деятели Думы, а английский король Георг V лично предал венценосного брата, отказав Романовым в убежище. В Гражданской войне столкнулись буржуазный Февраль и социалистический Октябрь. Большевики выступили жесткими реставраторами убитой либералами империи. Половина офицерского корпуса (до 43%) честно служила в Красной Армии. В. Шульгин признавал, что большевистская власть лучше безвластия. Белое движение действовало как завоеватели, ведомое сословной злобой. Интервенция Антанты велась не против классов, а против Русской цивилизации руками белых генералов. Именно большевики овладели русским бунтом и утихомирили его, обеспечив выживание городов.
Миф о нерентабельности советского хозяйства опровергается цифрами. В результате либеральных реформ производство сократилось более чем вдвое. Целью социализма была не коммерческая прибыль, а удовлетворение потребностей людей. В 1988–1989 годах отмена монополии внешней торговли и превращение безналичных денег в наличность вызвали скачкообразный рост доходов без товарного наполнения, что рукотворно разрушило потребительский рынок и уничтожило уникальную финансовую систему СССР, где отсутствовал ссудный процент.
Нам кричат о репрессиях. Но «красный террор» был вынужденным ответом на жестокий белый террор и покушение на Ленина. Девять десятых жертв Гражданской войны погибли от хаоса, тифа и слома жизнеустройства, запущенного в Феврале. Репрессии 1937–1938 годов были продолжением Гражданской войны против сил, ориентированных на мировую революцию в интересах Запада. В либеральной литературе (Конквест) масштабы репрессий завышены в 5 раз. К 1940 году во всех местах заключения в СССР находилось 1,8 миллиона человек. Основные жертвы понёс сам правящий слой, произошла смена элиты на более грамотную. ВЧК и диктатура пролетариата противостояли бандитизму и защищали бедных от рыночного геноцида. Абсолютная свобода — миф. Прикрываясь ею, реформаторы освободили человеческие пороки, уничтожив образ честного труженика.
Очернение сталинского периода — часть психологической войны. Именно статья Сталина «Головокружение от успехов» остановила перегибы коллективизации. Сталин выступил выразителем второй главы революции, убрав из политики тех, кто грезил мировым пожаром за счёт русского народа. Сравнение советского строя с фашизмом неправомочно: СССР строился на равенстве, а фашизм — на расовом отборе. На ХХ съезде Хрущёв умышленно исказил факты репрессий, мстя Сталину за расстрелянного трибуналом сына-предателя. «Десталинизация» Хрущёва привела к Новочеркасской трагедии и расслоению номенклатурных кланов, сделав государство менее советским.
Геополитические мифы утверждают, будто СССР экспортировал режим и был не готов к войне. Но пакт Молотова — Риббентропа был ответом на Мюнхенский сговор Запада с Гитлером и позволил вернуть исконные земли Западной Украины и Белоруссии. С 1935 года доктрина СССР строилась на готовности к войне на два фронта, численность армии к июню 1941 года выросла до 5,3 миллиона человек. Старые военачальники Гражданской войны показали неспособность в первые месяцы, и войну выиграли новые сталинские маршалы. Без помощи союзников СССР победил бы, ведь ТНК США использовали войну для выхода из депрессии и ослабления конкурентов, включая Россию и Англию. Гарри Трумэн открыто заявлял в 1941 году: «Пусть они убивают как можно больше». Боевые потери нашей армии составили 8,6 миллиона человек, а вермахта — 4,3 миллиона; остальное — истребление гитлеровцами мирных граждан. Освобождая Европу, мы потеряли один миллион солдат. После войны, в условиях страшной засухи 1946 года, мобилизационный социализм позволил уже к 1948 году превзойти довоенный уровень промышленности. СССР отказался от МВФ, вышел из долларовой зоны и перевёл рубль на золото.
СССР входил в десятку стран по уровню питания, став обществом среднего класса. В нашей цивилизации всегда доминировала идея Общего Дела. Мир и Единое Пространство Жизни принципиально неоднородны. Неоднородность рождает не только противоречия, но и служит источником жизненной энергии — любви, дружбы и созидательного труда на себя, а не на чужого дядю. Каждая эпоха выдвигает своих лидеров. Сегодня КПРФ во главе с Г. А. Зюгановым берёт на себя ответственность за развитие коммунистической идеологии на базе анализа прошлого. Это не реанимация ушедшего, а единственный путь в будущее.
Нина Ивановна Шелейкова