Проблемы современного марксизма в России непозволительно для марксистов запутаны. Поэтому надо с научной точностью определить, что мы имеем в виду, когда говорим об учении Маркса. То же самое, что В. И. Ленин, или что-то другое? Что такое «обновлённый социализм»? Если имеется в виду сравнение с «советским социализмом» — эта категория имеет смысл. А если это призыв к ревизии Маркса и Ленина? Мы или согласны по отношению к учению К. Маркса с ним самим и с его характеристикой у Ленина, или обязаны с совершенной ясностью с ними аргументированно не согласиться. А не юлить и изворачиваться, желая марксистскую невинность сохранить после родов неведомой зверушки… И о сути коммунизма. Между взглядами Маркса и Ленина на коммунизм есть разница. Ленин, не знакомый с «фрагментом о коммунизме» в неопубликованных ренегатом Каутским рукописях Маркса, считал коммунизм целью работы компартии. Сталин назвал коммунизм просто пятым способом производства, а Маркс считал коммунизм многоукладной и явно длительной переходной эпохой из царства естественной необходимости в царство свободы от всякой необходимости, в том числе и осознанной необходимости в коммунистической эпохе. Сталин считал, что к 1936 году социализм в СССР был в основном построен, поскольку исчезли (были упразднены) нэпманы и кулаки, а крестьяне стали членами кооперативов при общественной собственности на землю. А Ленин утверждал, что, пока есть классы, ни о каком социализме не может быть и речи. И кто прав?
В этих противоречиях давно пора разобраться. Как и разобраться в понятиях, которые кажутся нам ясными, — например, в таких, как границы действия формационного подхода. Он ведь явно ограничивается Европой, о чём есть мимолётное замечание в переписке Маркса с Энгельсом. Хотя и без них история эти границы показала со всей очевидностью. В чём причина столь вопиющего, на радость противникам, несоответствия марксизма жизни? Не в том ли, что «обычный ход истории» неевропейских регионов был прерван колониализмом европейцев? Об этом следует писать с полной ясностью. Мы повторяем как аксиому, что не должны отвергать ничего нового, что преподносит нам жизнь, а первая публикация неизвестных до 1932–1933 годов рукописей Маркса и Энгельса о коммунизме — это не новое? Ими можно было пренебречь в 30-е годы и не возвращаться сегодня? Более того, просто игнорировать взгляды Маркса на коммунизм как ещё незрелые? Однако, не написав в 1844–1846 годах этих работ, авторы «Манифеста» никогда бы его в 1847 году не написали.
До каких пор мы будем твердить вопреки Марксу, что понятие «частная собственность» относится только к её буржуазной форме, а предыдущие способы производства не были слоями частной собственности? А чем они были? Маркс называет коммунизм «гуманизмом, опосредованным уничтожением частной собственности», а целью его — переход к «положительному гуманизму — гуманизму, развивающемуся на его собственной основе». Он заблуждался? Тогда почему при его «чудовищной научной добросовестности» (Ф. Энгельс о Марксе) никогда себя не поправил? Более того, в 3-м томе «Капитала» подтвердил? И сколько, перенеся предательство членов ЦК КПСС, можно утверждать, что истмат можно использовать в качестве теории социализма?
Марксизм, как и любая другая строгая наука, несовместим с ревизией своих основ, заложенных основоположниками, а в нашем альманахе ревизионистам дан полный простор и защита от «марксистов старой школы». «Новая школа» — это не последователи ли Бернштейна? Нельзя не удивляться таким утверждениям историка Рякина, которые он освятил именами Ленина и Сталина, как вот это: «…старая, гнилая попытка троцкизма доказать, что в СССР правил не рабочий класс, а некая „чиновничья каста“». Но ведь и Сталин назвал некоторых деятелей в руководимой им ВКП(б) «проклятой кастой»!
И пусть историк Рякин попробует опровергнуть, что производительные силы во второй половине ХХ века в СССР носили характер наёмного труда у единого работодателя — Политбюро ЦК КПСС. Что поэтому формой власти был капитал, а идеология лишь по форме была коммунистической, а по сути — слепой верой. И что руководящие члены КПСС вследствие этого были жреческим сословием с верховным жрецом, генсеком, во главе. Л. Д. Троцкий противопоставил научную абстракцию социализма реальной практике модернизации варварской страны порой варварскими методами и поэтому сомкнулся с антисоветчиками, за что и поплатился.
«В Египте фараон и его клика, — утверждает историк Рякин, — отбирали хлеб у общин ради личного обогащения». О каком Египте с его многотысячелетней историей идёт речь? В эллинистическом Египте (около 2300 лет назад) общин не было вообще, так как земля принадлежала государству, а египтяне, свято веря в божественность власти, добросовестно трудились под руководством чиновников, зная, что гарантированно получат из госхранилищ свою долю урожая, а также изделий ремесленников. Ничего общего с АзСП в эллинистическом Египте не было, а т. Рякин явно не понимает, что такое АзСП и каково его место в формационном подходе.
«Мы не должны скрывать от студентов, — продолжает учить нас т. Рякин, — что Древняя Русь перешла к феодализму напрямую, минуя рабовладение». А так ли это? Единственным признаком существования рабства является наличие и широкое использование в процессе производства рабов. Разве их не было в Древней Руси? Тогда кто такие холопы в рабских ошейниках и закупы? Вся разница в масштабах и формах, а не в якобы отсутствии рабства. Рабов не стало именно в период феодальной раздробленности, то есть при переходе от рабства к феодализму. Что касается АзСП, то вспомните судьбу князя Игоря, убитого общинниками с особой жестокостью: не зарывайся, чёртов рэкетир! Итак, и на Руси логика смены способов производства была сохранена: соседские общины — азиатчина — рабовладение — феодализм. Марксист обязан считаться с фактами истории, а не с кем-то придуманными сказками об особом пути России.
«Производственные отношения, — учит т. Рякин, — при социализме должны планомерно подтягиваться под нужды бурно растущей техники и потребности людей». Где он увидел в истории СССР опережающее развитие производительных сил (ПС), понять невозможно. Перед рабочим классом изначально стояла (читайте Ленина и Сталина) задача ускоренной модернизации ПС отсталой страны именно с помощью передовых производственных отношений (ПО). Даже после смерти Сталина СССР не мог похвастаться опережающим развитием ПС: их развитие определялось пятилетними планами как элементом ПО.
«Законы истории, — вещает т. Рякин, — неумолимы. Общественный характер производства на современных предприятиях рано или поздно, но с железной необходимостью разорвёт оковы частной собственности олигархов».
Одним из законов классовой борьбы между рабочими и буржуазией является признание необходимости установления диктатуры пролетариата. Насколько рабочий класс ЕС, США, Японии готов установить у себя свою классовую диктатуру? Вопрос риторический. Совсем не стремится, если не считать ставшие маргинальными компартии, безнадёжно проигрывающие буржуазным партиям все выборы.
На непрерывной спирали развития есть возможность двигаться не только «вперёд и выше», но и вообще не двигаться: очередной виток ложится поверх предыдущего. И также очередной виток оной спирали может пройти ниже предыдущего. Вы ведь не станете с этим спорить, т. Рякин? Множество фактов реальной истории свидетельствуют со всей очевидностью, что паразитический, прогнивший насквозь Запад уже движется к сословному обществу, в котором владельцы заводов, газет, пароходов — это новые графы, бароны и шевалье, а рабочие — новые крепостные, обласкиваемые и развращаемые барами. И пока это так, о каких неумолимых законах капитализма на Западе можно вообще разговаривать? Кто эти цепи там разорвёт, если рабочий класс, как и буржуазия, исчез?
Да, тов. Рякин, необходимо считаться с жизнью, чтобы поверять теорию практикой и уметь отделить устаревшее и умершее от всего живого и нового. В этом смысле полемика биолога-марксиста А. А. Брагина с троцкистом Л. П. вообще не имеет отношения к марксизму, а только к биологии как науке. Поэтому на полемику марксиста с троцкистом в XXI веке не стоило бы тратить ни времени, ни сил. С тех пор как от философии как «науки наук» осталась только диалектика как метод познания материальной Вселенной, нет смысла вести такие дискуссии в политически заточенном СМИ.
Кроме всего прочего, имеющий наглую отвагу говорить от имени Ленина партийный литератор не имеет права не понимать, что социализм как тип развития общества несовместим с навязыванием людям жёстких рамок поведения, которые то и дело предлагает в будущем историк и якобы марксист т. Рякин.
«— Лицом к деревне! — заданье дано. / — За гусли, поэты-други! / — Позвольте, лицо у меня одно. / Оно лицо, а не флюгер!» (В. Маяковский).
Социализм как живое творчество самих масс и жёсткие предписания, предлагаемые т. Рякиным, выглядят совершенно неприемлемо.
Ортодоксальный марксист Л. Я. Сорников