Меня зовут Дмитрий Воронов, я ученый — представитель неоклассической школы. Долгие годы мои взгляды формировались в рамках либеральной экономической парадигмы: эффективность рынка, минимизация роли государства, свобода предпринимательства. В какой‑то период мне даже импонировала критическая повестка Алексея Навального — резкость суждений, разоблачительный тон, обещания навести порядок в системе. Но со временем я в нём разочаровался. Причина проста: я увидел в его подходе фанатизм. А фанатизм в политике, на мой взгляд, крайне вреден — он подменяет трезвый анализ идеологическими догмами, загоняет сложные проблемы в узкие рамки «чёрного и белого», не оставляет места для компромиссов и конструктивной работы.

В этом году я принял непростое для себя решение — голосовать за КПРФ. Подчеркну сразу: я не стал сторонником коммунистических идей. Мои научные взгляды остались прежними. Но я голосую за КПРФ по вполне рациональным, экономическим соображениям. И на это решение повлияло в том числе моё участие в диспутах на сайте «Москва — город солнца». Там собралась отличная компания: экономисты, политологи, социологи, представители разных школ и направлений. Мы спорили, обсуждали, приводили цифры, анализировали программы. И постепенно я пришёл к выводу: КПРФ сегодня — это не застывшая идеологическая конструкция, а партия, способная к диалогу и адаптации.

Что именно меня убедило? Прежде всего — трезвый подход к экономическим проблемам. Да, КПРФ говорит о национализации стратегических отраслей, но при этом не предлагает тотальной экспроприации. Партия выступает за разумное сочетание рыночных механизмов и государственного регулирования — именно такой подход, как показывает мировая практика, даёт наилучшие результаты в условиях высокой турбулентности.

Обращаю внимание на конкретные предложения КПРФ в экономической сфере. Партия ратует за контроль над естественными монополиями, поддержку реального сектора экономики, защиту внутреннего рынка, инвестиции в науку и образование, меры по снижению социального неравенства. Эти меры не противоречат принципам рыночной экономики — они призваны компенсировать её провалы, обеспечить стабильность и предсказуемость. В условиях санкций, внешнеэкономических вызовов и необходимости технологической независимости такой подход выглядит не просто оправданным, а необходимым.

Я проанализировал макроэкономические показатели и сценарии развития. Вижу, что страна нуждается в усилении роли государства в стратегически важных отраслях — не для того, чтобы уничтожить рынок, а чтобы создать условия для его устойчивого функционирования. КПРФ, на мой взгляд, лучше других политических сил понимает эту задачу и готова её решать.

Важен и международный контекст. В последние десятилетия многие страны с развитой экономикой — от США до Германии — усиливают госрегулирование, вводят протекционистские меры, инвестируют в инфраструктуру. Это не возврат к плановой экономике, а прагматичный ответ на новые вызовы. КПРФ предлагает похожую логику для России — и это внушает доверие.

Кроме того, КПРФ демонстрирует способность к конструктивному диалогу. Партия не просто критикует, а предлагает альтернативы, участвует в парламентской работе, вносит поправки в законы. Это отличает её от радикальных движений, которые умеют только обличать, но не готовы брать на себя ответственность за принятие решений.

Мой выбор — не отказ от неоклассических принципов. Это ставка на прагматизм и реализм. Я голосую не за утопию, а за партию, которая, по моему убеждению, способна обеспечить экономическую стабильность, защитить интересы граждан и создать условия для долгосрочного роста.

Призываю коллег‑экономистов, да и всех граждан, подойти к выборам рационально. Не поддаваться эмоциям, не идти на поводу у радикальных лозунгов. Оценить программы партий с точки зрения экономической целесообразности. И тогда, возможно, вы придёте к тому же выводу, что и я: в нынешних условиях поддержка КПРФ — это выбор в пользу устойчивости, предсказуемости и разумного баланса между рынком и государством.