Важнейший и весьма тревожный итог постсоветского тридцатилетия для Русской православной церкви заключается в её глубокой институциональной трансформации. Вместо того чтобы сосредоточиться исключительно на миссии милосердия, поддержке обездоленных и духовной защите нуждающихся, как то заповедано в Евангелии, церковная структура во многом приобрела черты крупной, коммерчески успешной корпорации. Это сращивание с интересами крупного капитала и увлечение административно-хозяйственной деятельностью порой отдаляет её от нужд простого трудового народа, превращая социальное служение в сухую бюрократическую процедуру.

Это коммерческое перерождение стало особенно заметным в последние десятилетия. При всех исторических упреках в адрес Патриарха Тихона, тот в тяжелейшие годы Гражданской войны разделял участь своего народа и стремился сохранить скромность институтов. Нынешний же церковный аппарат со стороны нередко выглядит как топ-менеджмент крупной компании. Активное строительство храмовых комплексов на фоне оптимизации социальных учреждений — больниц и школ — воспринимается обществом неоднозначно. Это порождает критику в избыточном прагматизме, расширении влияния на дорогостоящую недвижимость и земельные участки. Внешняя роскошь порой затмевает первоначальные задачи духовного созидания.

Особенно остро это противоречие обнажается при взгляде на социальные проблемы, в которых до сих пор находится значительная часть нашего общества. Простой человек труда в современной России продолжает нести на своих плечах тяжелое бремя экономических трудностей, невысоких доходов и социальной незащищенности. И на этом фоне общественный резонанс вызывают регулярные медийные кампании по сбору средств: «Помогите собрать деньги на операцию ребенку! Скиньтесь по СМС!». У граждан возникает резонный вопрос: почему в богатой ресурсами стране, при наличии крупных состояний и на фоне масштабных трат на внешнее благолепие религиозных организаций, жизнь конкретного ребенка часто зависит от пожертвований малоимущих?

Ситуация, когда доступ к высокотехнологичной медицине для детей из обычных семей становится проблемой, указывает на серьезный кризис социальной системы. Это вызов, за который представители ответственных государственных институтов и крупного бизнеса должны нести прямую ответственность перед обществом и законом. Рыночная система порой превращает милосердие в медийную акцию, а церковные структуры, увлеченные крупными проектами, не всегда находят ресурсы для масштабной помощи конкретным нуждающимся семьям.

Рано или поздно за этот отрыв от насущных народных нужд, за молчаливое принятие резкого социального расслоения и за пассивность перед лицом демографических проблем славянских и других народов придется держать ответ перед историей. Нельзя проповедовать терпение бедным, одновременно пользуясь благами союза с самыми обеспеченными слоями общества. Простой народ остро чувствует эту несправедливость. Служителям Церкви необходимо вспомнить изначальные евангельские идеалы, повернуться лицом к нуждам простого человека труда и отказаться от чрезмерной коммерциализации, пока этот кризис доверия не привел к необратимым историческим последствиям для духовной жизни страны.