Сегодняшний выпуск Альманаха порадовал статьями В. Бортникова и И. Бровкина, посвященными традициям, идущим из XIX века с его тремя эпохами русского освободительного движения. Они ещё раз высвечивают мысль Ленина о том, что Россия буквально выстрадала марксизм. А раз так, то и авторам цифрового альманаха стоило бы не забывать о нём, когда они поднимают и обсуждают проблемы сегодняшней России.
Вот что сказать по поводу бурной реакции на сборник стихов якобы поэта Хлеборобова, особенно со стороны якобы Маяковского Кристиана с его якобы революционной поэзией? Только повторить вслед за Владимиром Маяковским его отповедь не самому плохому поэту Ивану Молчанову: «Плох ваш роман, и стих неказист…» Если бы сборник Хлеборобова не появился в выпуске Альманаха, то кто бы его стал печатать, если не он сам за свой счёт? И кто стал бы читать? Поэт был бы «не столь прославлен, сколь посрамлён и обезглавлен», как писал некогда Арсений Тарковский. Я так и не дочитал эту плохую рифмованную прозу, а уж заставить сознательного рабочего читать её просто невозможно.
И критика со стороны Кристиана, в том числе рифмованная — это пустая трата слов. Никому из думающих и деятельных читателей на левом фланге это не интересно. Если говорить о нынешних проблемах идущей классовой борьбы, то вся эта околопоэтическая дискуссия — артель «Напрасный труд».
Российская власть сегодня крайне озабочена проблемой собственного самосохранения. Происходит это в условиях, когда большинство в стране явно предпочитает социализм, а Запад ведёт прокси-войну на уничтожение России. Нынешняя власть точно так же стремится держать социальные проблемы в приемлемых границах, поскольку прекрасно понимает, что избавиться от них она не в состоянии. При этом опыт А. С. Макаренко и Павла Грудинина ей чужд и глубоко враждебен, что она с успехом и демонстрирует нам при каждом удобном случае.
Не знаю точной статистики численности полицейских сил в России, но вот во Франции против взбунтовавшейся молодёжи недавно было брошено аж 70 тысяч полицейских! Что и кого Макрон с подельниками защищает дубинками, газом и водомётами? Для него государственные расходы на нужды трудящегося населения — это прямые убытки для транснациональных корпораций (ТНК). Для этих корпораций война на Украине с Россией — замечательный бизнес, а социальные расходы — сплошной убыток.
В самой России при затяжной власти либералов у парламентских партий, кроме КПРФ, осталась всего одна забота: не позволить коммунистам получить на очередных выборах больше 10–15 % годов. А заодно — примирить народ с тем, что он нищ или беден, пока 1 % населения (так называемые олигархи) несказанно богатеет, перекачивая ресурсы страны в те самые государства, которые ведут с Россией открытую войну.
Но вернемся к насущному. Проблема сегрегации общества и детей, вновь поднятая в выпуске за 28 октября, действительно заслуживает серьезного обсуждения. Только это не порок социализма — даже советского, который был, строго говоря, не чистым социализмом, а наилучшим в ХХ веке социальным государством. В том виде, как эта тема подаётся в выпусках Альманаха, совершенно непонятно, о каком именно обществе идет речь в статьях Пересветова, Виолетты Семёновой и прочих мастеров давить клавиши перед монитором.
В Советском Союзе, при всех ошибках КПСС, существовала великолепная, отлаженная система воспитания молодёжи через школу, вузы, детские организации, профильные дворцы, а также газеты и журналы для детей и юношества. Работал всеобуч, позволявший деликатно воспитывать самих родителей, если они вдруг забывали о своём родительском долге. Комиссии по делам несовершеннолетних были нацелены не на кары и сегрегацию, а на помощь семье. Директорам школ (по себе знаю) всегда было на что опереться при решении возникающих проблем. В школах работающей молодёжи подросткам, по разным причинам отпавшим от дневных школ, тоже оказывалась колоссальная помощь — с учётом их возможностей и при полном уважении к ним как к личностям. Не всем, конечно, но очень многим это открывало дорогу в вузы, а к нормальной, достойной жизни в обществе — абсолютному большинству.
В то же время в свежих выпусках Альманаха нередко проповедуются такие идеи, которые невольно напоминают воспитательную практику Третьего рейха. «Каждому своё!» — именно это приветствие встречало узников Бухенвальда на воротах концлагеря. «Труд освобождает» — цинично сообщали ворота Освенцима. В нацистской Германии, как известно, процветала и евгеника. Нашим «тоже-марксистам» по этому поводу не мешало бы припомнить марксову критику «обработки людей людьми», чтобы ненароком не взять пример с Германии времён Адольфа.
В СССР, по имевшейся закрытой статистике, насчитывалось полмиллиона бродяг, а также немало бичей, тунеядцев и полтора миллиона зеков! О чём это говорит? О том, что советский социализм в строгом научном смысле социализмом не был, так как наследовал он не высокоразвитому капитализму Европы, а периферийному, отсталому российскому капитализму. Именно об этом говорил В. И. Ленин незадолго до смерти в своей надиктованной статье «О нашей революции».
Социализм, наследующий высокоразвитому капитализму, есть переходная фаза к коммунизму. Поэтому, если бы такое случилось в ХХ веке, он даже на своей первой ступени уже превосходил бы капитализм во всём — и прежде всего в производительности труда и качестве жизни населения. Это простая логика исторического процесса, а не моё личное пожелание. Повторюсь: социализм в марксизме — это общество, пришедшее на смену высокоразвитому капиталистическому строю, при котором уровень цивилизованности масс уже изначально очень высок. Вот в чём дело. СССР же и в послевоенное время, вплоть до своего краха, оставался среднеразвитой страной в мирных отраслях, догоняющей во всём, кроме политического строя и прорывных технологий в области науки, работавшей на оборонный комплекс.
Но и при таком, несовершенном социализме Партия никогда не ставила перед рабочим классом в качестве идеала приравнивание людей к бродячим собакам. Да и самих бродячих животных — не столь многочисленных тогда, как в современной РФ, — прикармливали как-то, а не отстреливали. В нынешней России проблемы «дна общества» так же неразрешимы, как и в странах Запада, где предпочитают цинично откупаться от бедняков, нежели строить для них концлагеря. При восстановленной и правильно руководимой компартией Советской власти все доставшиеся от прошлого проблемы найдут своё успешное решение с позиции гуманизма, который, впрочем, не чужд и строго дозированному принуждению, когда оно действительно необходимо.
В Альманахе от 28 октября помещены статьи «Роль системной оппозиции в развитии современных избирательных институтов» Ивана Сидорова и «Кризис ответственности и уроки выборов-2026: пути модернизации левого движения» Сергея Мышенкова. В них можно найти много интересного с позиции любой типичной парламентской партии, для которой количество полученных мандатов — это альфа и омега существования. Известно: чем меньшее участие в выборах принимает протестный электорат, тем лучше для действующей власти. А для КПРФ, напротив, жизненно желательно, чтобы явка на выборы была очень высокой. Но это стандартная стратегия и тактика парламентских партий, которые стремятся опереться не на классы, а на абстрактный электорат.
Однако КПРФ — это не просто электоральная парламентская машина, а ещё и партия классовая, о чём её руководству ни в коем случае не следует забывать. Успех в получении мест в Государственной Думе для КПРФ должен быть прямым следствием сознательной поддержки тех избирателей, которым важна предвыборная программа коммунистов как авангардной, а не просто парламентской силы. Тех самых сознательных избирателей, которые в нужный момент приведут за собой к урнам УИК и менее политизированные слои населения.
У КПРФ с этим, как я считаю, сегодня есть немалые, глубокие проблемы.
Л. С.