Мало кто будет возражать против того, что священники — это тонкие, искусные психологи и покорители человеческих душ. В их помощи и поддержке особенно нуждаются те, кому приходится физически, морально и духовно тяжело, кто не находит опоры в обществе, среди родных и близких. В такой ситуации у человека часто остаётся одно — обращение к Богу.
Сегодня по телевидению, например на передаче «Спас», мы постоянно видим и слышим, как родители слёзно просят помочь деньгами на лечение тяжелобольных детей, поскольку у семьи нет средств. Услышать подобное во времена Советской власти было немыслимо и недопустимо. Из-за коммерциализации и фактической недоступности качественной медицины для низших слоев общества современная Россия сталкивается с серьезными демографическими проблемами: идет процесс сокращения численности населения, и люди массово умирают, включая граждан трудоспособного возраста. Самое печальное, что из-за нехватки денег на своевременную помощь гибнут дети. При этом квалифицированные российские врачи способны вылечить этих пациентов, но требуются солидные суммы, которых у родителей нет. Чиновники фактически нарушают Конституцию РФ, но никакой ответственности за это не несут.
На этом фоне в постсоветское время ведётся активная работа по вовлечению населения, особенно молодёжи, в религиозную сферу. Если в 20-е и 30-е годы ХХ столетия шел государственный процесс атеизации, то сегодня повсеместно строятся новые храмы. Критики отмечают, что священнослужители ведут активную пропаганду веры в загробную жизнь, хотя сами нередко стремятся жить всласть в жизни земной. Подобная политика навязывания главенствующей роли церкви в обществе часто преследует цель отвлечь людей от насущных мирских проблем и постигших общество бед. Однако значительная часть граждан, особенно среди мыслящей молодёжи, не приемлет подобный курс, и силовое внедрение религиозной идеологии вызывает у них лишь закономерный негатив. Более того, отдельные представители РПЦ, среди которых есть и бывшие коммунисты, ожесточенно критикуют советское прошлое, помогая правящему режиму удерживать народ в повиновении.
Безусловно, в предвоенной политике СССР было совершено немало трагических ошибок, в том числе в отношении церкви и духовенства. В основном беззаконие и перегибы на местах творили интернациональные по своему составу революционные кадры, что прекрасно понимали истинные патриоты страны. Но сегодня ситуация изменилась: церковные структуры фактически срослись с государственным аппаратом. Ныне малочисленная группа господ, захвативших власть в стране, жирует, сорит долларами, строит виллы и яхты за рубежом, в то время как подавляющее большинство народа (около 90%) еле сводит концы с концами. При этом официальная церковь не встала на защиту обездоленных, не помогает и не поддерживает простой народ должным образом. Фальшивые, показушные порядки, обман, нищета и полуголодное существование многих людей в постсоветском обществе во многом напоминают тяжелые годы оккупации. Всё это вызывает глубокое возмещение и недовольство в обществе, что в конечном итоге может привести к взрыву народного гнева и новой смуте, способной смести всё на своем пути.
При этом обвинения в адрес И. В. Сталина в тотальном и безрассудном гонении на религию не совсем обоснованны. Советский вождь понимал, что насильно мил не будешь, поэтому он ненавязчиво, но прагматично учитывал мнение верующих и их потенциальную роль в защите страны и общественной жизни. Так, по итогам Всесоюзной переписи населения 1937 года выяснилось, что более половины граждан Советского Союза (около 57%) открыто назвали себя верующими. Сталин сделал из этого глубокие выводы. Именно поэтому в своем знаменитом радиообращении к народу 3 июля 1941 года он произнес исторические слова: «Товарищи граждане! Братья и сёстры! Бойцы нашей армии и флота! К вам обращаюсь я, друзья мои!». Включение в речь традиционного православного обращения «братья и сестры» наряду с партийным «товарищи» доказывает, что считать Сталина фанатичным, воинствующим безбожником неверно. Это был дальновидный, умный и здравомыслящий государственный деятель, масштабного мышления которого явно не хватает лидерам постсоветской эпохи.
Драматические уроки истории особенно ярко проявляются при анализе событий Великой Отечественной войны. Те, кто глубоко интересуется историей нашего советского прошлого, знают, что гитлеровские захватчики изначально рассматривали церковь и духовенство как инструмент для проведения своей оккупационной политики и одурманивания населения идеями «нового порядка». Хотя сами нацисты относились к Русской православной церкви и её прихожанам в большинстве своем настороженно и подозрительно, они сознательно делали ставку на антибольшевистские настроения.
Зарубежная РПЦЗ и часть внутренних отщепенцев полностью оправдали эти циничные надежды фашистов. Стремясь угодить новым хозяевам, в своих проповедях такие священники очерняли советскую власть и убеждали народ, будто гитлеровский режим несет народам подлинную религиозную и светскую свободу. На деле же фашисты беспощадно грабили, убивали, вешали советских граждан и массово угоняли мирное население на принудительные работы в Германию. Наша страна потеряла почти 27 миллионов своих граждан, и большинство убитых — это мирные люди, которых заставляли гнуть спину на агрессора по принуждению. Против нашего народа на стороне гитлеровской коалиции, по разным источникам, воевали свыше 1 миллиона 200 тысяч бывших советских граждан, среди которых были и изменники в рясах.
Что же заставляло некоторых русских священников служить фашистским палачам? Необходимо признать исторический факт: многие служители Церкви в 1930-е годы были необоснованно арестованы, прошли через тюрьмы, лагеря и ссылки. Познав жестокие гонения и незаслуженные унижения от местной власти, они затаили обиду. Оказавшись в оккупации, такие деятели открыто проповедовали антисоветские лозунги и призывали к борьбе с большевиками. Имела место и личная, прагматическая заинтересованность в улучшении условий жизни для себя и своих близких. На вопросы о том, что вынудило их пойти на сотрудничество с агрессором, многие прямо отвечали: при немцах они были материально обеспечены и чувствовали внешнее уважение к своему сану, в отличие от предвоенных советских лет с их преследованиями и высылками в «места не столь отдаленные». Разумеется, это не оправдывает и не поощряет их служение врагу, который пришел уничтожить нашу землю и истребить славянские народы — русских, украинцев, белорусов. К тому же среди духовенства на оккупированных землях было немало и тех, кто искренне ненавидел фашистов и тайно помогал партизанам и Красной Армии.
Так, в годы войны на оккупированном Северо-Западе Российской Федерации коллаборационисты сформировали так называемую «Православную миссию в освобождённых областях России» (Псковскую миссию). В своем первом официальном обращении к верующим деятели миссии призвали паству «возрадоваться своему освобождению». Примечательно, что до 1943 года священники РПЦ при богослужениях на оккупированных территориях возносили имена не только местного экзарха, но и Патриаршего Местоблюстителя Московского престола Сергия. Позже упоминание митрополита Сергия было официально запрещено немецкими властями. Однако в условиях коренного перелома в Великой Отечественной войне многие священнослужители проявили гражданское мужество и наотрез отказались выполнять этот нацистский приказ.
Следует особо отметить, что, невзирая на тяжелые предвоенные отношения между советской властью и церковью, в самый первый день войны — 22 июня 1941 года (в день памяти Всех святых, в земле Российской просиявших) — митрополит Московский и Коломенский Сергий отслужил службу в кафекральном Богоявленском Елоховском соборе. Прямо оттуда он обратился к народу с антифашистским призывом, в котором дал ясно понять: «Отечество защищается оружием и общим народным подвигом, общей готовностью послужить Отечеству в тяжелый час испытания всем, чем каждый может… Всякий может и должен внести в общий подвиг свою лепту труда, заботы и искусства». Что особенно показательно, в этом же обращении митрополит Сергий прямо указал духовенству напомнить всем колеблющимся об их гражданском и духовном долге, подчеркнув абсолютную недопустимость поиска личных «выгод на той стороне границы». Патриотическая позиция большинства советского духовенства и верующих наглядно доказала нацистам, что сломить дух нашего народа не удастся.
Писатель, журналист, профессор В. А. Попович