Статья Льва Сорникова «Власть без хаоса: разумный путь преобразований в России» поднимает важнейшие вопросы о методах социальных изменений. Автор справедливо отмечает, что радикальный слом государственного аппарата в современных условиях может обернуться катастрофой. Однако стоит ли ограничиваться лишь кадровой заменой внутри существующей системы? Как историк марксизма и последователь Троцкого, я считаю необходимым взглянуть на проблему глубже — через призму теории перманентной революции.
Сорников опирается на опыт 1918 года в Германии, описанный Лениным, и делает вывод: достаточно заменить коррупционеров на компетентных специалистов, чтобы запустить позитивные изменения. Но разве это не повторение ошибки «реформизма», который Троцкий критиковал как путь половинчатых решений? Да, хаос разрушения опасен, но и иллюзия «мягкой модернизации» внутри капиталистической системы не приведёт к подлинному освобождению трудящихся.
Ключевое противоречие, на которое указывает Сорников, — отставание производительных сил от мирового уровня. Однако он видит решение в устранении «тормозящих факторов»: коррупции, бюрократизма, сырьевой зависимости. Это верно, но неполно. Проблема глубже — в самих производственных отношениях, которые не позволяют реализовать потенциал производительных сил. Капиталистическая система по своей природе заинтересована в прибыли, а не в комплексном развитии страны и благополучии народа.
Вспомним тезисы Троцкого о перманентной революции: буржуазные институты не способны решить задачи подлинного национального развития, рабочий класс должен стать гегемоном преобразований, локальные реформы в рамках капитализма неизбежно будут ограничены его внутренними законами, а преобразования должны носить не косметический, а системный характер — затрагивая основы собственности и управления.
Возьмём пример с поддержкой малого и среднего бизнеса, о которой пишет Сорников. В рамках капиталистической системы это приведёт лишь к появлению новой прослойки собственников, конкурирующих между собой. А значит, сохранится эксплуатация наёмного труда, социальное неравенство, зависимость экономики от глобальных финансовых центров.
Что же предлагает троцкистский подход? Не немедленный слом всех институтов, а стратегия поэтапного перехода, предполагающая использование существующих парламентских механизмов для продвижения интересов трудящихся, включая выборы и депутатские запросы, и одновременное создание альтернативных структур самоуправления на предприятиях и в районах. Параллельно необходимо формировать независимые профсоюзы и рабочие советы как зародыши новой системы управления, добиваться национализации ключевых отраслей под демократическим контролем трудящихся и выстраивать международную солидарность с рабочими движениями других стран — в духе идеи мировой революции.
Такой путь позволяет избежать хаоса, но не застревает в иллюзии «мягкой модернизации». Он сочетает прагматизм — использование легальных возможностей — со стратегической целью перехода к социалистическим отношениям и опорой на самоорганизацию масс, а не на «хороших управленцев» сверху.
Поддержка КПРФ на выборах, о которой говорит Сорников, может стать важным шагом — но лишь при условии, что партия чётко обозначит курс на социалистические преобразования, будет опираться на низовые рабочие организации, свяжет внутренние задачи с международной солидарностью трудящихся и не станет жертвовать интересами пролетариата ради «стабильности» и компромиссов с буржуазией.
70 % голосов, о которых пишет автор, — серьёзный мандат. Но важно, как он будет использован. Если ограничиться кадровыми перестановками и точечными реформами, система быстро вернёт всё на круги своя. Если же направить эту силу на постепенное изменение самих основ, мы получим шанс на подлинное обновление.
История учит: капитализм не реформируется до социализма. Но и грубый слом институтов без подготовки масс ведёт к хаосу и контрреволюции. Троцкистский путь — это разумный баланс: уважение к сложности современных систем управления сочетается с пониманием, что власть — не просто «аппарат», а отношения классов, и с готовностью действовать поэтапно, но без отказа от конечной цели.
Россия стоит на перепутье. Мы можем выбрать иллюзию стабильности в рамках старой системы, хаос разрушения без ясной альтернативы или осознанный, организованный переход к обществу, где производительные силы служат интересам большинства, а не узкой элиты.
Третий путь — путь перманентной революции — требует смелости и теоретической ясности. Но только он даёт шанс избежать крайностей и построить действительно справедливое общество. Власть без хаоса возможна, но лишь тогда, когда она опирается не на чиновников, а на организованную волю трудящихся.