Внимательно ознакомился с обменами мнениями Ивана Стефановича Бортникова, Льва Яковлевича Сорникова и уважаемого китайского учёного Ван Вэньгэ — и хочу внести свои соображения. Как человек, много лет проводивший политзанятия с личным составом, привык говорить прямо и по делу, без лишних словесных украшений, но с опорой на факты и логику.

Начну с идей Владимира Никитина о хронополитике и русскомыслии. Понимаю стремление найти особый путь для России, учесть её историческую специфику — это важно. Но предостерегаю от опасных упрощений и подмены понятий. Хронополитика, по Никитину, — это «учёт исторического времени» при принятии решений. Однако разве Ленин и Сталин не учитывали исторический контекст? Их сила была не в придумывании новых терминов, а в умении анализировать реальные классовые отношения, видеть тенденции развития и принимать решения, опираясь на марксистскую методологию. Они действовали не по шаблону, а исходя из конкретной обстановки, но всегда сохраняли верность основным принципам учения.

Что касается «русскомыслия», то здесь мы рискуем скатиться в мистику и абстрактные рассуждения. Русская мысль сильна тем, что творчески переработала марксизм применительно к нашим условиям. Она проявилась в ленинской теории империализма и идее победы социализма в одной стране, в сталинской индустриализации и построении социализма, в победе над фашизмом, в освоении космоса. Это не какие-то туманные «коды», а реальные исторические достижения, которые изменили мир. Не нужно подменять эту реальную историческую практику новыми концепциями, которые лишь размывают чёткие классовые ориентиры.

Теперь разберу вклад трёх мыслителей — Зиновьева, Сталина и Ленина — в понимание современных вызовов. Ленин научил нас гибкости марксизма: теория должна развиваться вместе с практикой, а не превращаться в догму. Он показал, как применять универсальные принципы к конкретным условиям — например, к России начала XX века, где крестьянство составляло большинство населения. Его метод — анализ классовых сил, учёт международной обстановки и опора на рабочий класс — остаётся актуальным и сегодня. Сталин воплотил ленинские идеи в грандиозных делах: индустриализация, коллективизация, победа в войне — всё это стало возможным благодаря научному планированию и мобилизации ресурсов. Он доказал, что социализм можно построить в одной стране, даже в условиях враждебного окружения, если опираться на рабочий класс и действовать решительно. Сталинская модель государства-крепости, способного противостоять внешним угрозам, — урок, который стоит вспомнить в наши дни.

Александр Александрович Зиновьев дал нам инструмент анализа современного капитализма через концепцию «сверхобщества». Он вскрыл суть глобализации: финансовая элита стремится создать единую систему эксплуатации, где Россия должна стать периферией. Но Зиновьев же показал и слабое место этой системы — сопротивление народов, историческую инерцию национальных государств, которые не готовы безропотно подчиняться диктату транснациональных корпораций. Его работы помогают понять, как устроена современная система власти и какие механизмы она использует для сохранения своего господства.

Соглашусь с Львом Яковлевичем Сорниковым: сегодня мы видим ослабление антагонистического противоречия капитализма между общественным характером производства и частной формой присвоения, процесс деиндустриализации ведущих западных стран и возрождение неоколониализма. Но я добавлю, что эти процессы были предсказаны классиками. Ленин писал об империализме как высшей стадии капитализма — сегодня это проявляется в финансовой глобализации, когда капитал свободно перемещается по миру, а государства теряют контроль над экономикой. Сталин предупреждал о попытках удушения социалистических стран экономически — сейчас это выражается в санкциях и технологической блокаде, направленной против России и других независимых государств. Зиновьев описал механизм «сверхобщества» — мы видим его в действии: транснациональные корпорации диктуют политику целым странам, навязывают свои правила и ценности.

Исходя из уроков классиков и анализа современной ситуации, предлагаю отказаться от модных терминов вроде «хронополитика» и «русскомыслие», которые размывают классовый подход и отвлекают от реальных задач. Вместо этого нужно углублённо изучать наследие Ленина, Сталина и Зиновьева — там есть ответы на современные вызовы. Важно развивать теорию на основе практики, анализировать новые формы классовой борьбы в цифровую эпоху, когда технологии меняют характер труда и социальные отношения. Необходимо укреплять интернациональные связи, особенно с Китаем, где успешно строят социализм с национальной спецификой. Китайские товарищи не играют в словесные игры, а берут марксизм и творчески применяют его к своим условиям — это достойный пример для подражания.

Нам также следует делать ставку на просвещение: молодёжь должна знать подлинный марксизм, а не его суррогаты, разбавленные националистическими или мистическими идеями. Нужно сочетать верность принципам с гибкостью тактики — как это делали Ленин и Сталин. И полезно использовать концепцию Зиновьева о «сверхобществе» для анализа глобальных угроз и поиска путей сопротивления, чтобы понимать, с чем мы сталкиваемся и как можно противостоять давлению извне.

Хочу поблагодарить уважаемого Ван Вэньгэ за внимание к нашей дискуссии и за то, что в Китае изучают наследие Зиновьева. Это пример того, как нужно относиться к теоретической работе: не как к музейному экспонату, а как к живому инструменту познания и преобразования мира. Нам следует брать пример с Китая и строить социализм с российской спецификой, опираясь на ленинскую гибкость, сталинскую волю к созиданию и зиновьевский анализ современных угроз.

Пора переходить от разговоров к делу. Как говорил товарищ Сталин: «Кадры решают всё». Нам нужны люди, которые знают теорию, умеют применять её на практике и готовы бороться за интересы рабочего класса. Работайте, товарищи, действуйте! А пустые разговоры — это как чай без сахара: вроде пьёшь, а толку мало.

С коммунистическим приветом,

Стальнов Виктор Андреевич,

член КПРФ, подполковник в отставке,

руководитель политического клуба «За Сталина!».